Точка на карте. Четыре рейса из Анталии (Израиль)
Просмотров: 5854
16 Ноября 2007
















Израиль

ИЗРАИЛЬ

Государство на Ближнем Востоке, на восточном побережье Средиземного моря. На севере граничит с Ливаном, на северо-востоке — с Сирией, на востоке — с Иорданией, на юго-западе — с Египтом. Официально провозглашено 14 мая 1948 г. в результате раздела британской мандатной территории Палестина на еврейское и арабское государства. Столица — Иерусалим (не признана ООН). Выиграв войну 1947-49 гг. с арабскими странами, Израиль присоединил часть арабских земель. Площадь 20,8 тыс. кв. км (по решению ООН 1947 г. — 14,1 тыс. кв. км). После Шестидневной войны (1967) контролирует территории на Западном берегу р. Иордан, Голанских высотах и в секторе Газа. Глава государства — президент, парламент — Кнессет. Прибрежная равнина поднимается к Востоку и переходит в расчленённое плоскогорье (500-800 м), которое круто обрывается к тектонической впадине Гхор, где находится Мертвое море и протекает р. Иордан. Климат субтропический, сухой (температура июля — 24-28°C, января — 6-14°C); острый дефицит воды; юг страны занимает пустыня.

Высшая точка — гора Хемрон (2224 м над уровнем моря). Омывается тремя морями — Средиземным, Красным и Мертвым. Население — 7,1 млн., из них 5,4 млн. (76 %) — евреи, 1,4 млн. (20 %) — арабы и 0,3 млн. (4 %) — друзы, черкесы, русские и представители других нацменьшинств. Среди евреев 1,1 млн. — выходцы из бывшего СССР. Государственные языки — иврит и арабский, распространены английский, русский и амхарский (эфиопский), которым придан статус «официально признанных». Основные религии — иудаизм (82%), ислам (15%) и христианство (2%). Главная полоса расселения простирается вдоль средиземноморского побережья, расширяясь в районе Тель-Авива. Горожан 91%. Развитая индустриально-аграрная страна. Из сырьевых ресурсов имеет лишь фосфаты, минеральные соли, бром; небольшие запасы нефти и природного газа. Характерна высокая доля военной промышленности и расходов на оборону (15% ВНП); большая зависимость от внешних источников финансирования (США, ЕС). Израиль специализируется на наукоёмких производствах: медицинская электроника, средства связи, компьютеры. Развиты также авиа- и судостроение, включая военное. Выращиваются цитрусовые, развиты садоводство, цветоводство, овощеводство, птицеводство. Сбор зерна не удовлетворяет внутренних потребностей. Ключевую роль в сельском расселении играют коллективные хозяйства (киббуцы и мошавы). Денежная единица — шекель ($1=3,92 шекеля, 1 шекель — 6,2 руб.).

РЕЙС № 2

ДЕНЬ НА СВЯТОЙ ЗЕМЛЕ

Нет, прав был мудрый человек, сказавший, что путешествия – это университеты, которые нам никогда не закончить. Оказавшись в Иерусалиме, я вдруг понял, что попал… на Родину. Нет, в моем теле нет ни еврейской, ни арабской кровей, и вообще я убежденный атеист (веру не меняют!). Но Родина, согласно одному из толкований, понятие, характеризующее генетическую связь человека со страной, где жили его предки. А все современное человечество зародилось (вспомним про наше летоисчисление) и вышло из Израиля. И потому каждый живущий на этой планете должен хотя бы раз подняться в Иерусалим — город, где зародились три главные человеческие религии — мусульманская, иудейская и христианская. Город, откуда и пошел весь современный мир.

На «разграбление» Израиля, как и во время предыдущего однодневного тура в Стамбул (см. «А+С» №40) отводился один день: ранний прилет, экскурсия на Мертвое море, большой тур по Иерусалиму и поздний вылет в Анталию.

Первое, что поражает прилетевшего в Израиль — роскошный аэропорт имени первого премьер-министра страны Бен Гуриона (в обиходе аэропорт Бен Гурион): гигантские размеры (под сотню стоек регистрации), телескопические трапы, транспортеры и эскалаторы повсюду, отделка дорогим гранитом, огромный комплекс Duty Free, бесплатный беспроводной Internet. Аэропорту почти 70 лет, но международный терминал №3 был построен всего три года назад. Видимо, израильтяне очень мобильны, да и для туристов эта страна — центр притяжения на все времена. Хотя по российским меркам пассажиропоток здесь не слишком большой — в прошлом году Бен Гурион обслужил 10 млн. пассажиров, тогда как родные Домодедово и Шереметьево — 15 и 14 млн. соответственно. Мелочь, а приятно — при прилете всем пассажирам нашего чартерного туристического рейса подарили белые бейсболки от Министерства туризма с надписью «Israel loves you». С такой трогательной заботой о туристах (а в условиях испепеляющей жары кепочки оказались очень кстати, к тому же белые «макушки» всегда позволяли идентифицировать группу в толкотне) со стороны государства столкнулся впервые.

А еще Бен Гурион считается самым безопасным аэропортом мира — и это в стране, которая всю свою историю живет в состоянии войны, для которой теракты — повседневная реальность. Хотя внешне все выглядит либерально — разутыми через металлоискатель ходить не заставляют, в личных вещах без особой необходимости (как это практикуется в российских аэропортах) не копаются. На службе безопасности стоят современные технологии — металлодетекторы, сканеры, видеокамеры, что непосвященного пассажира совершенно не напрягает.

Естественно, нашим гидом оказалась гражданка из бывшего СССР, репатриантка с 20-летним стажем — Светлана из Винницы. Вообще русское присутствие в Израиле встречаешь повсеместно, ведь пятая часть его граждан когда-то жила на шестой части суши. Поэтому для тех, кто не владеет английским, страна очень удобна для путешествий — особых языковых проблем не возникнет. Весь Израиль — это большой Брайтон-бич, островок русской культуры на чужбине. Есть общедоступный русскоязычный телеканал (и десятки спутниковых), русские рестораны и магазины, и даже предприятия и фирмы, в которых большинство работающих — русскоязычные. В газетных киосках — треть прессы на русском языке. Меня, как профессионала, это и порадовало, и огорчило — толстенные (по несколько сот страниц) израильские «русские» газеты на 90 процентов — дайджесты российской прессы, зачастую без указания первоисточника и перепечатанные без соблюдения авторских прав. А ведь в России интеллектуальное воровство сходит на нет…

Об уровне жизни в стране лучше всего свидетельствуют состояние автодорог и модельный ряд автомобилей на них. Дороги в Израиле мало чем отличаются от европейских магистралей, а вот большинство машин откровенно скромные, да и транспортный поток не слишком напряженный. Автомобили в основном — видавшие виды японские и корейские малолитражки в весьма плачевном состоянии. Израиль практически не имеет собственного автопроизводства — есть несколько полукустарных цехов, собирающих автомобильные компоненты и дооборудующие военную спецтехнику. Правда, был в истории страны и собственный автомобиль, до сих пор вызывающий улыбку — «Сусита», некий аналог восточногерманского «Трабанта». Его кузов был сделан из какого-то съедобного пластика и часто подвергался нападению верблюдов.

Самый известный автобрэнд Израиля — механические замки Mul-T-Lock, ведь страна — один из лидеров по автоугонам. Количество угонов из года в год снижается, что связано с размежеванием Израиля и Палестинской автономии. Пик был отмечен в 1997 году, когда было совершено 49 тысяч угонов, сейчас же менее 25 тысяч в год, а вскоре может сойти на нет. Ведь подавляющее большинство угнанных автомобилей навсегда оседает на палестинских территориях. Но с каждым днем это сделать все сложнее – вокруг Палестины возводится пограничная стена, устанавливаются КПП, и переправить угнанный автомобиль на арабскую территорию становится практически невозможно. Значительная часть нашего пути из аэропорта к Мертвому морю проходила именно вдоль такой стены.

Отличия в правилах дорожного движения в Израиле лишь в нюансах. Нельзя, к примеру, управлять автомобилем одной рукой (подразумевается — говорить по мобильному телефону), двигаться на спуске на нейтральной передаче, запрещены все виды буксировки легковых автомобилей — только на эвакуаторе. И, как во многих странах, тяжелейшим нарушением считается выбрасывание мусора из окна.

Израильская дорожная полиция работает довольно эффективно, благодаря в том числе и огромному количеству камер видеонаблюдения, установленных вдоль магистралей и перекрестков (в стране с высоким уровнем террористической угрозы это необходимость). И нестандартным методам пропаганды, вошедшим во многие учебники по маркетингу. Так, недавно в стране прошла массовая кампания борьбы с нарушителями скоростных ограничений под лозунгом «Он превышает скорость, потому что у него маленький…». Скандал дошел до израильского парламента, но «превышателей» стало меньше в 7 раз (видимо, теперь нарушают исключительно женщины).

Проскочив ходом Иерусалим, мы углубились в безжизненную, если не считать палатки бедуинов, Иудейскую пустыню и, миновав отметку Sea level (уровень моря), устремились к побережью Мертвого моря — главной и самой глубокой яме планеты.

Впервые в жизни мне довелось видеть столь безжизненное морское побережье и столь безрадостный, почти дикий приморский пейзаж, напоминающий песчаный карьер — только выжженная земля и горы. Почти лунный ландшафт, если не считать извивающейся вдоль берега полоски асфальта. Само понятие «Море» применительно к Мертвому довольно относительное — по сути, это соленое бессточное озеро, расположенное в одном из самых глубоких разломов планеты.

Мертвое море практически безжизненно — в столь богатой солью воде выживают только простейшие микроорганизмы. Но его вода столь насыщена разными полезными минералами, а воздух кислородом (его содержание на 15 процентов больше, чем на Средиземноморье), что человеку дарит чудо исцеления от многих болезней — гастрита, кожных болезней, нервных расстройств, заболеваний суставов, хронических инфекций. Не случайно здесь расположены всемирно известные курорты. Правда, мы до них не доехали, а остановились на одном из оборудованных пляжей. Присутствие душа на пляже жизненно необходимо, если не хочешь почувствовать себя селедкой свежего посола. Я забыл помыть тапочки, в которых заходил в море, и на них спустя полчаса хлопьями выступила соль. В воде нельзя находиться более 15 минут, нырять с головой, нужно избегать попадания воды в рот — это не только жутко неприятно, но и опасно, пренебрежение этими правилами, бывает, заканчивается реанимацией, а то и смертью.

Помимо чудодейственных лечебных свойств, вода Мертвого моря может в мгновенье научить плавать даже того, кто панически боялся воды. Морская вода здесь настолько плотная, что обладает выталкивающим свойством, а сам процесс больше напоминает не плавание, а барахтанье на батуте. Или, если угодно — купание в киселе. По крайней мере, поставить ноги на дно, лежа на воде, почти так же тяжело, как продавить надувной матрас.

Вообще Мертвое море — это больше женская «фишка». Не только потому, что его воды несут потрясающий косметический эффект, но и потому, что косметика Мертвого моря (самая известная торговая марка Ahava) не имеет аналогов по омолаживающему воздействию. Конечно же, нас завезли в большой shop, где можно было купить весь ассортимент «прямо с фабрики». Меня эта тема не тронула (больше заинтересовали фотоальбомы и сувениры), тогда как многие закупались на сотни, а то и тысячи долларов. Каково же было разочарование «шопников», когда при вылете из Бен Гуриона та же косметика в Duty Free оказалась чуть ли не в два раза дешевле.

Для меня же настоящей сенсацией стало то, что тему химического потенциала Мертвого моря первым со времен Клеопатры поднял наш земляк Моисей Новомейский, который 134 года назад родился в Баргузине, в конце XIX века учился в Иркутском механико-техническом училище, а во время Гражданской войны руководил Сионистским движением в Сибири. Эмигрировав в Палестину, Новомейский основал на побережье Мертвого моря первые комбинаты по выпуску брома и других полезных минералов, которые позже переросли в концерны и стали одной из основ экономики Израиля.

В Иерусалим нельзя приехать или прийти — в него можно только подняться. Город расположен на возвышенности — 800 метров над уровнем моря, но в данном случае главный смысл не в этом, а в том, чтобы возвыситься, стать ближе к богу. Понятие это идет с библейских времен, когда паломники со всего мира на коленях ползли последние десятки километров по дороге к самому священному городу на планете.

Существует ли «Иерусалимский синдром»? Тот самый, когда люди, прибывшие на святую землю, впадают в прострацию, а приобщение к святыням вызывает шок и потрясение. Некоторые наиболее впечатлительные туристы и паломники объявляют себя святыми или Мессией, сошедшим на землю, чтобы спасти человечество. В государственной психбольнице Иерусалима есть целое отделение для тех, кто не выдержал соприкосновение со Святым городом.

Не знаю, не прочувствовал. Даже когда стоял у Стены плача — главной иудейской святыни — ничего не ощутил кроме повышенного внимания нищих, которые на всех языках мира (внешность у меня, благодаря смешению кровей, довольно космополитична) настойчиво вымогали подаяние. Свидание с богом не состоялось, хотя свою записку в Стену я затолкал. Не истины ради, а традиции для. Записок в развалах стены столь много, что положить туда свою — целое искусство. Раз в две недели специальный служащий вычищает стену и относит записки в специальное хранилище. Читать их никто не имеет права – кроме бога.

Площадь перед Стеной плача — еще один перекресток мира — такой же, как Таймс-сквер в Нью-Йорке, Эйфелева башня в Париже или Собор Святого Петра в Риме. Много ортодоксальных евреев — в традиционной строгой черной одежде. Другие нации и народности идентифицируются с трудом — если только не одеты в национальные костюмы. Проход к площади у Стены через металлоискатели — отдельно для мужчин и женщин. Так же, как и подход к стене, причем «женская часть» Стены гораздо короче, а потому к священным камням там не протолкнуться, тогда как к «мужскому» отрезку можно подойти достаточно свободно. Много молодых людей с автоматами. Впрочем, к службе охраны они отношения не имеют. Просто в Израиле всеобщая воинская обязанность, как правило, солдаты-срочники ночуют дома — вместе с оружием. Поэтому, скажем, беззаботная девичья компания, идущая по улице в полной боевой выкладке, для израильских улиц выглядит столь же естественно, как для иркутских — компания фланирующих студенток.

Вообще Израиль — это причудливая смесь всемирной глобализации и своего, особого мира. К примеру, как и везде, здесь полно McDonald`s и других мировых закусочных сетей, но со своей израильской спецификой. Естественно, свинины в меню, как и в мусульманских странах, здесь нет, мясо готовят не на сковороде, а на углях, а вместо «молочного» сыра употребляют какую-то заменяющую синтетическую прослойку. Но McDonald`s в Израиле все-таки вносит свою разрушительную силу в падение вековых устоев — ведь как и другие фаст-фуды, они не соблюдают главное правило шабата — работают в субботу, а в меню все же есть грубое нарушение кашрута — одновременно присутствуют молочные и мясные блюда. Есть специальные кошерные McDonald`s — единственные в мире, где буква M выполнена не традиционно красным, а синим цветом, но таких пока немного.

Кашрут и шабат — несколько непривычные для русского уха слова, но они определяют стиль жизни в Израиле. Многие слышали о кошерной пище (кашруте), но, судя по обрушившимся на нашего гида вопросам, далеко не все понимают суть этого понятия. В пищу можно употреблять только мясо скота, у которого копыта раздвоены и имеют глубокий разрез, и который может жевать траву, как жвачку. Поэтому в кошерной пище нет блюд из верблюда, зайца и, конечно же, свинины. Нельзя есть рыбу, у которой нет плавников и чешуи (сом, угорь) и то, что у нас называется морепродуктами (крабы, креветки, устрицы), а также всех пресмыкающихся и птиц («чистыми» считаются домашние птицы — курица, утка, гусь, утки, голуби). Нельзя употреблять больное или убитое на охоте животное. Опять же в пищу не употребляются запретные части животного. Нельзя одновременно есть мясо и молоко — перерыв между ними должен быть не менее 6 часов.

Но сегодня Израиль уже не тот, что был, по свидетельству очевидцев, еще 10 лет назад — глобализация наступает. Купить ту же свинину сегодня не проблема. Правда, все это дается не без боя — в прямом смысле слова. В местной газете я прочитал заметку о том, что ортодоксальные евреи сожгли в каком-то городке продуктовую лавку — в отместку за то, что там продавали свинину.

Шабат — еще одно порождение иудейского (еврейского) государства, означает сутки между заходом солнца в пятницу и субботу — священное время, когда еврей не должен работать и разжигать огонь. Вся работа в это время перекладывается на живущих обособленно или на закрытых территориях арабов — так, такси или общественным транспортом управляют только мусульмане. Иудей может работать только по специальному разрешению Министерства по делам религий. Более всего Шабат чувствуется в Иерусалиме. Впрочем, в последнее время правила Шабата серьезно нарушаются — даже в столице, где в субботу работают многие лавки. А в космополитичном Тель-Авиве в пятницу вечером работает почти все.

Наконец, наш путь лежит к Храму Гроба Господня — месту, где на холме Голгофа был казнен Иисус Христос и где он вознесся к небесам. Для почти 2 миллиардов христиан это главная земная святыня.

Путь к храму идет через арабский рынок, где торговцы-мусульмане в изобилии предлагают христианские святыни — поистине Иерусалим соткан из противоречий. В Старом городе, как и во всем Иерусалиме (да по большому счету во всем Израиле), все конфессии — иудейская, христианская, армянская и мусульманская проживают обособленно, хотя случаи взаимопроникновения случаются. Хорошо, что мы прибыли из Турции — большинство туристов начинают отчаянно торговаться, в результате цена падает в 2, 3, а то и четыре раза. Знаменитая иерусалимская свеча идет за доллар, иерусалимские кресты в зависимости от степени «крутизны» — за $15-50, иконы (не приценивался) — подороже. Все это для верующих людей скоро приобретет совсем иную ценность, ведь эти вещи можно будет освятить — при входе в Храм на камне Помазания — плите, на которой Христа готовили к погребению. Плита выглядит как зеркало — ее полировали губы миллионов паломников на протяжении долгих веков. Так, нежданно-негаданно святыми вещами стали мой туристический рюкзак, фотоаппарат, купальные плавки и путеводитель по Иерусалиму.

Что о Храме Гроба Господня — то, наверное, куда большее впечатление это огромное мрачное здание производит на людей глубоко верующих. Храм слишком стар и неказист, чтобы впечатлить молодых и прогрессивных. Ведь все его величие — не в архитектуре, а самой сути центра христианского мира, и тех легендах и преданиях, которые его окутывают.

Мы покидали Иерусалим, когда уже стемнело, и город наполнился тысячами огней. В таком формате Город мира напоминает обычный мегаполис — суетливый, фланирующий, жизнерадостный. Нет — это не его настоящее лицо: оно видно только при дневном свете. Город-музей, город-преданье, город-легенда, побывать в котором, наверное, должен каждый.

P.S. Если бы четыре месяца назад мне сказали, что я побываю в Израиле — не поверил бы, такая поездка в мои планы не входила. А если бы кто во время поездки, о которой написано выше, сказал, что вернусь сюда совсем скоро — не поверил бы тем более. Но жизнь — непредсказуемая штука. Сегодня, когда читатель видит эти строки, я снова на Земле обетованной. Повод — решающий отборочный матч чемпионата Европы Израиль — Россия в Тель-Авиве. После фантастической победы подопечных Гуса Хиддинка в Лужниках над англичанами я понял — мое место в ключевой игре отборочного цикла — на трибунах стадиона Тель-Авива (тем более что не понимаю удовольствия от просмотра футбола в одиночку). Подробности этой поездки — в следующую пятницу, а продолжение серии «Четыре рейса из Анталии» — только 30 ноября.

Ефим НЕЗВАННЫЙ
Фото автора

Автомаркет+Спорт № 41

тут были комменты. RIP!






Поделиться ссылкой

Автофирмы Иркутска







Весь каталог