Перегон. Из Владивостока в Иркутск на Toyota Mark II. Часть 2
Просмотров: 3069
20 Августа 2012
 Статья из архива (2004 год)

5 ДНЕЙ В ШКУРЕ ПЕРЕГОНЩИКА

Идем на циклон

Не знаю, что на меня нашло, но в какой-то момент я смирился с теми правилами игры, которые диктовала нам ситуация. Толик-то давно их принял, не первый ведь раз своим ходом из Владивостока идет. Да и Саша, похоже, вошел в роль матерого перегонщика. Недаром оставляемые ими снежные «хвосты» видны за пару километров. А я со своей фотосъемкой безнадежно отставал. Что ж, придется догонять. Акселератор до упора в пол, сочный рык «шестерки» полностью глушится надрывающимся в динамиках Кузьминым — «Желтая дорога, пыли безнадега». А пыли-то нет, весь гравий напрочь зашпаклеван хорошо укатанным снегом, по которому корму «Марковника» хоть и таскает, но зато благодаря ему грунтовка воспринимается подвеской как асфальт отличного качества. Наверное, не зря Толя отговорил нас обклеивать передки машин скотчем. Ведь убийственная шрапнель из-под колес отсутствует.

ТИШЕ ЕДЕШЬ, ДАЛЬШЕ БУДЕШЬ

И дернул же меня черт остановить свой выбор на таком колесном размерчике. Знал же, что чем шире шина, тем хуже ее сцепление со скользким покрытием. Но взял-таки эффектный Blizzak 205/65 R15, который наряду с задним приводом оказался гремучей смесью. Первое ее «воспламенение» произошло сразу за Владивостоком, из которого мы вырывались на скорости никак не меньше сотни. Это при условии ограниченной метелью видимости и уже хорошим гололедом, образовавшимся буквально за считанные часы. А хуже всего был широченный снежный перемет посреди отнюдь не узкой дороги, однако оставивший от нее две тропинки в разных направлениях. Но мы рвались на свободу, гонимые страхом перед недалеким будущим и подстегиваемые животными инстинктами, — только высокая скорость была нашей защитой. Добавляла сил и дурь под капотом, заставлявшая прожимать педаль до срабатывания кик-дауна. Так продолжалось до первого тихохода-ГАЗона, который, впрочем, пылил по трассе с хорошим темпом и не собирался нам уступать. Рывок влево, на перемет — колеса вязнут в снежной каше, скорость моментально падает. Газу! Bridgestone, попав на разное покрытие, срывается в букс и меня начинает крестить. Признаться, в тот миг картинка перед глазами, кажется, растянулась на долгие десятки минут, хотя произошло все в считанные мгновения. Короткий занос, коррекция рулем, и я уже на встречной полосе. Еще одна отработка баранкой — пронесло. Но после этого случая, результатом которого стала неприятная дрожь во всем теле, мы существенно снизили набранный было темп. А буквально через пару километров обогнали еле-еле тащившийся караван перегонщиков, в котором с ужасом увидели Spacio после переворота — крыша смята, стекол нет, водитель от макушки до пят замотан подручными тряпками. Не повезло. Всего-то километрах в двадцати от Владивостока.

Понятно, что после таких живописных картин нога сама собой отпустила газ, а сидевший в голове напряженный ритм сменила нахлынувшая вдруг меланхолия. Лучше неспешно дефилировать по бескрайним приморским просторам, чем ехать на «перевертыше». Тем более, что до Хабаровска целых 800 километров. А выехали мы только в час дня, все равно до темноты не успеем. К тому же дорога где-то после Уссурийска изрядно сузилась и предложила нам асфальт совсем не того качества, что провожал сразу за столицей Дальнего Востока. Чем дальше двигались мы вглубь Приморья, тем все чаще и чаще под колеса попадали плохо заделанные рытвины, коряво замазанные стыки и прочие дорожные прелести, которые, наверное, можно встретить на любом российском направлении. И надо сказать, в Приморском крае они являют собой далеко не худший вариант, который честно глотался подвеской Mark II.

Вылетели красиво. Выбирались долго. Спасибо мужикам на Surf

Последняя вообще требует отдельного разговора. Своей плавностью хода она покорила меня еще в городе, а уж на трассе и вовсе стало понятно, что между Санькиной «Короллой» и этим дорожным линкором огромная пропасть. Сказать, что я плыл над поверхностью, значит не сказать ничего. Мягкий ход, по-кошачьи задемпфированные реакции на неровности, и лишь вибрация неподрессоренных масс расстроила. Все-таки спереди у «Марка» двухрычажка, да и колесики недетского размера. Потому вертикальные колебания на нем чувствовались довольно ощутимо. И все же по косвенным ощущениям я напрягался за рулем поменьше Саньки, чья Corolla гораздо подробнее «рисовала» профиль поверхности. Впрочем, было это хуже или лучше, не знаю. Размеренная езда без всяких эксцессов, знаете ли, напрягает и утомляет больше всего. Хотя в первый день мы будто бы и не устали вовсе («сделали» всего 520 км), однако ближе к вечеру, когда окружающая действительность растворяется в незаметно наступающей темноте, сумерки сделали свое дело. На голову навалилась внезапно появившаяся тяжесть, все реакции стали размазанными во времени.

Благо пурга прекратилась. Но, тем не менее, все, хватит, пора спать. Дотягиваем до Лучегорска и решаем заночевать на посту ГАИ. Не тут-то было, местные приморские гаишники не очень-то обрадовались нашему желанию, послали подальше... от поста. К стоящим неподалеку дальнобойщикам. Только встали, разложились, как с якоря снялась одна фура, потом другая — через пару минут рядом с нами никого не было. По спине пополз неприятный холодок, но все же с места не двинулись. Улавливая каждый звук, каждый отблеск света, заметили даже, что среди ночи служители порядка тоже легли отдохнуть, погасив все освещение. Впрочем, в четыре утра мы были уже на ногах, а рядом с нами куча перегонщиков. Подобно стаду парнокопытных, во избежание встречи с хищником, они сбились в кучу, едва встретив таких же «транзитников».

После трех с копейками часов сна мы, на удивление, были необычайно бодры. Умылись снежком, что-то пожевали из старых, еще гостиничных запасов, и в путь. Поначалу потихоньку, чтобы не убить стойки, потом все быстрее и быстрее. В итоге опять вышли на тот темп, который был потерян после моих кульбитов по трассе. А что, асфальт с почему-то не укатанным еще снегом позволял поддерживать хорошую скорость. К тому же в тот момент на трассе мы были практически одни, остальной перегонный люд, похоже, пребывал во сне. Это дополнительная скорость, дополнительный бонус. Правда, долго пользоваться преимуществами утреннего вояжа помешала вновь разразившаяся пурга, догнавшая нас на подъездах к Бикину, что уже в Хабаровском крае. Намеков на то, что мы пересекли границу региона, никаких. Зато перед Бикином огромный, вырубленный из цельного ствола дерева указатель начала населенного пункта. Сфотографирую-ка его. Медленно сворачиваю к обочине, торможу и, совершенно не понимая, что творится с автомобилем, ухаю по нижний край боковых стекол в сугроб. Попался-таки в снежную трясину, подготовленную для таких, как я, хитрым грейдеристом, ровно раскатывающим снег над глубоким кюветом и создающим впечатление широченной проезжей части. Что называется, приехали. Но только я собрался выбраться на свет божий, как сзади уже подкатили «коллеги» — колонна только что обойденных нами грузовичков.

— Трос есть? Сиди там.

Спустя пару минут Mark II всеми четырьмя уже стоял на дороге. Спасибо вам, мужики, выручили. Осмотрели машину (ни царапинки — ну и дела!) и дальше.

А дальше началось то, о чем я много раз слышал, но во что ни разу не попадал лично. Повалил такой снежный вал, при котором предыдущая пурга воспринялась как разминка. Большущие хлопья снега в свете фар неслись на машину словно мириады звезд на космический корабль в фантастических фильмах. Мало того, что они действовали подобно гипнозу, усыпляя сознание и отключая мозг, так еще и видимость упала до каких-то десяти-пятнадцати метров. Ближний свет на скоростях выше 60 становился почти бесполезным, дальний заставлял снежный ком менять угол атаки на лобовое стекло. В итоге перед автомобилем будто появлялась из ничего стена снега, рассмотреть через которую что-либо было невозможно. Вдобавок поземка скрадывала габариты дороги, объединяя проезжую часть, обочины и все то, что лежит за ними, в одно целое. Я вспомнил о том, как знакомые перегонщики рассказывали, что бывают моменты, когда дорога пропадает как таковая, становясь эфемерным направлением, в котором шаг влево, шаг вправо — неминуемый провал в кюветную ловушку. При этом еще и ужасный гололед появился — даже на 30-40 км/ч «Марковник» в пологом повороте пытался взбрыкнуть ведущими колесами, стремясь ими к противоположной обочине. Мы максимально снизили скорость и, буквально нащупывая каждый метр асфальта, миновали спящий Бикин. Тогда, признаюсь, меня посетила малодушная мысль — эх, поспать бы еще. Только подумал, и она материализовалась. До рассвета добрых пара часов, а в голове полнейший туман. Глаза закрываются — хоть спички вставляй. Словом — «и смежит веки мне усталость». Саньке-то было чуть проще, он за мной ехал, по фонарям ориентировался, хотя, наверное, они его вместе со снегом гипнотизировали, но, во всяком случае, дорогу приблизительно различал. А я уплывал то влево, то вправо, отлавливая колесами и снежную обочину, и кусочки оставшегося чистым асфальта. В конце концов, чтобы не повторить трюк с кюветом (думаю, с ходу он кончился бы не в пример плачевнее), я привязался к грузовичку, чьи запорошенные снегом фонари были мне путеводной звездой, нитью Ариадны. Так мы за ним и плелись вплоть до рассвета, с приходом которого удивительным образом нас вместе с темнотой покинули и усталость, и сон. Не до них было, номерами с 27-м регионом впереди замаячил стольный град Хабаровск. Но о нем, как и обо всех встретившихся на нашем пути населенных пунктах и связанных с ними случаях, я расскажу чуть позже.

ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ НА ГРАВИЙ

Говорят, что асфальт кончается сразу за Хабаровском. Врут, на самом деле кривой лентой с неровными заплатками он длится аж до Биробиджана — столицы еврейской автономии, которую от Хабаровска отделяют чуть меньше двухсот километров. Потом еще небольшой кусок, а дальше атрибут развитой цивилизации попадается исключительно в виде непродолжительных отрезков, перемежаемых национальным покрытием типа гравийки, которая и дома-то уже прочно засела в печенки. Наверное, поэтому мы не особо-то спешили с нею повстречаться. Миновав Хабаровск, катили себе не спеша по еврейской вотчине. Неплохая дорога, кое-где протоптанная грузовиками до колеи, минимум транспорта, почти чистый от снега асфальт — не потому, что чистят, а просто ветер сдувает. Все это располагало к оптимизму. Лишь ветер тому мешал. Вместе со снегом он пытался сдуть и нас. Особенно это чувствовалось, когда с закрытой леском дороги мы выскакивали на открытое пространство — тут уж пенять на аэродинамику было поздно, только успевали рулем работать. Со стороны смотреть на нашу болтанку было довольно занятно. Вроде бы ровно идем и вдруг неожиданный, на полметра-метр, рывок в сторону. После парочки таких переставлений, выезжая в поле, мы стали заранее оттормаживаться. Не ровен час, вновь унесет в кювет или во встречную машину. Чинил препятствия и снег. Перетаскиваемый ураганным ветром с одной обочины на другую, он снова скрывал от нас дорогу, но сравнить это с утренним, почти слепым барражированием, конечно, было нельзя.

Где-то в этом еврейском княжестве мы встретили Толика (как он сам себя назвал) на «Висте». Он подрулил к нам, когда мы стояли ради малой нужды на обочине.

— Ребята, далеко едете? Я в Новосиб пру. Ничего, если к вам припарюсь?

— Да без базара, припаривайся.

Втроем все веселей, тем более, Толик, как оказалось, путь из Владика держит не впервые. Причем всегда он отправляется из Приморья в одиночку, лишь по дороге находя себе партнеров. Эдакий странствующий рыцарь XXI века, почти что крестоносец. И встретились мы с ним, кстати, в российском аналоге Палестины. Примечательно, да к тому же для нас, неопытных, необстрелянных, еще и полезно. С Толей наш перегонный ритм закрутился в многократно ускоренном режиме. Со скоростью курьерского поезда мы пронзили еврейский асфальт и японским клином врезались в еврейский же гравий. Отличный, надо отметить, гравий. Если до него мы держали максимум сотню, то упакованная в снег гравийка позволила поднять максималку до 120 км/ч. Вот когда, скажу я вам, начался настоящий раллийный драйв. До того была лишь прелюдия, хоть и со снегом, и со льдом, но прелюдия без достаточной скорости и реально-спортивной рулежки. А тут началось! Широкая трасса, унизанная пологими дугами поворотов, пролегая между приамурских сопок, не способствовала — провоцировала к экстремальному драйву. Похоже, Толя только и ждал этот оперативный простор.

Лишь выбрались мы на гравий, как его Vista стала все дальше и дальше удаляться от нашего каравана. Скоро такой же темп поддержал и Санька, а вот мне из-за врожденной любви к автомобилю совершить подобное надругательство было трудно. Все-таки среди ровного, словно столешница, восточного автобана встречались довольно глубокие ванны — волнообразные неровности, абсолютно невидимые издалека, но ужасающие своими размерами вблизи. Я не видел, как их проходили Толя с Сашей (на том участке они прилично оторвались от меня), но мне они давались с большим трудом. В психологическом смысле. Представьте — 120 км/ч и вдруг, будто из-под земли, появляется углубление. Времени сбросить скорость нет, поэтому одно короткое торможение, полет и... еще одна ванночка. Ее машина проходит уже проще, мягче, но впереди третье углубление. Ей-Богу, я в такие моменты успевал «добрым» словом вспомнить всю отечественную дорожно-строительную отрасль. Потому как хоть и не пробивалась марковская подвеска, но скачки были еще те. Так продолжалось, пожалуй, километров 150. Не знаю, как другие, но я за эти «огненные» версты даже не курил. Боялся руки с руля снять. После — и дорога пожиже, и музыка потише. К тому же вечер наступил, привнесший с собой опять внезапно навалившуюся усталость. Мы сбросили скорость и в глубине Амурской области уже спокойно катили на 80-ти. Исчез куда-то прикрывавший гравийку снег. По кузову, наконец-то, застучали камешки. Эх, почему я прислушался к Толиным советам и прикрыл спереди только оптику. Впрочем, мы прилично разорвали дистанцию и вроде бы избавились от камнеструйной обработки. Но полная защита давалась с большим напрягом — попутный транспорт приходилось обгонять с ходу, почти вплотную прижавшись к противоположной обочине. Понятное дело, что удавалось подобное не всегда, ведь сопок в Приамурье полно, отсюда то подъем затяжной, то поворот долгий. Благо скоро выбрались на недавно появившуюся здесь федералку. Вот это дорога, вот это размах! Ширина, пожалуй, больше 20 метров, по бокам в иных местах металлические отбойники, вот только покрытие из довольно крупного гравия. Но когда он лежит ровным слоем, то ехать по нему вполне сносно. Тем более, что ванночки куда-то пропали, остались лишь мостики, перед которыми приходилось конкретно оттормаживаться, а то опять прыжки, опять ругательства в адрес наших дорожников.

Дом уже близко

Поздним вечером федералка внезапно кончилась. Точнее, это мы с нее свернули. Но где и почему? По-моему, только что миновали Белогорск, и Толик предлагает уйти на Шимановск для ночевки, а утром вновь выйти на федеральное направление. К тому же, по его словам, дальше трассы нет, не сделали еще. Сворачиваем и внезапно обнаруживаем под колесами довольно хороший асфальт, который мы оставили еще в еврейской автономии. Лучше бы его не было. Ровное покрытие при условии глубокой ночи усыпляет почище снотворного. Чтобы согнать с себя липкие объятия Морфея, я, будучи в нашей колонне вторым, прилично отставал, после чего на хорошей скорости догонял Толика. Концентрация на процессе управления хоть как-то помогала стряхнуть с себя дремоту. А вообще-то, это дело пустое. Оставив тебя на время, она возвращается чуть позже и с еще большей силой закрывает твои веки. Ты делаешь громче музыку, от которой через полчаса уже ломит голову, но усталость и сон снова оказываются рядом. Впрочем, в следующие два дня у нас будто открылось второе дыхание — никакого сна, никакой усталости, дорога, наконец-то, стала доставлять нам удовольствие. Но тогда, в Шимановске... Отмахав за день почти 1200 км, на окраине поселка, приткнувшись между дальнобойных фур и таких же перегонщиков, мы моментально, без ужина отрубились в беспамятном забытьи. «Спокойной ночи, — пожелал нам Толя и добавил, — Завтра будет хуже».

ОЧЕВИДНОЕ-НЕВЕРОЯТНОЕ

Объезды только начинаются

Ну и темп мы взяли! С утра, едва продрав глаза, не позавтракав и только-только успев всунуть правую ногу в ботинок, сразу на газ. Пока разогреваются стойки, обуваем вторую конечность. А там в полный драйв! Сразу взяв гиперскоростной темп, мы мимолетом, останавливаясь только на заправки, проскочили Магдагачи и Сковородино. В последнем Толик снова повторил свои вчерашние слова о том, что все веселье впереди. Однако, привыкнув к укатанной гравийке, мы словам его значения не придали, думали, что такая дорога до самой Читы будет. Но через полсотни километров началось.

Все это время мы двигались по той части федеральной трассы, на которой уже не ведется никаких работ. Была пара участков, не поразивших ни размерами, ни количеством привлеченной техники. Где же обещанная стройка века? Вот она! Сразу за Сковородино вылетаем на только что отсыпанный огромным гравием участок. Неужели дальше так и пойдет — скорость километров 20, ужасная тряска. Нет, этот скальник кончается, и мы опять выбираемся на нормальную грунтовку. Но буквально через несколько километров начинаются объезды. По размаху, по размерам — это что-то! БАМ, Саяно-Шушенская ГЭС и поднятие целины вместе взятые! Строительные участки растянуты на добрые сотни километров, везде техника, народ, шум-гам. Причем дорогу уже никто не трогает, она сделана. Трудятся в основном над организацией мостов, чьи остовы нам приходилось объезжать. Выглядело это так: трасса резко, до торможения в пол, уходит в сторону, где мы обнаруживаем очень крутой каменистый спуск и затем такой же подъем. Останавливаться нельзя, спереди и сзади подпирают товарищи-перегонщики и строители. Лишь короткое в самом низу торможение и напористый разгон, без которого наверх не забраться. Мы-то с этим экстримом справляемся нормально, но как такое «бездорожье» преодолевают грузовики — надо видеть. Они разгоняются на самом спуске и, натужно ревя дизелями, почти со скоростью пешехода карабкаются по предельному для них склону. Тут нужно сказать, что эти объезды в основном узенькие, односторонние. Однажды мы видели, как идущую вверх японскую фуру не пропустил КАМАЗ. Визг тормозов, букс сорвавшихся в скольжение колес — аварии не произошло, но «японец» завис на горке, а потом покатился назад, прямо на нас. Хорошо, мужики быстро сориентировались: пока один пытался удержать тонны металла на гололеде, второй уже кинул трос КАМАЗу. Выползли. Бывало, что дорога и вовсе уходила вверх не прямо, а с замысловатыми изгибами. Mark II при этом изрядно забрасывал корму, а уж как в тех местах шли грузовики... Мы не знаем, от греха подальше обогнали все фуры.

Строительные монстры

К сожалению, на самые интересные участки мы попали поздним вечером. Поэтому что-либо снять не представлялось возможным. Да, наверное, и засветло я бы побоялся там тормозить даже на очень короткое время. Еще днем попавший в кадр БеЛАЗ, мирно стоявший посреди проезжей части, вдруг завелся и попер на меня, явно намереваясь превратить ненавистную иномарку в кучу металлолома. Идущий в лобовую

25-тонный монстр размером с двухэтажный особняк, знаете ли, зрелище не из приятных. Ну а дальше на нас хоть никто и не наезжал, однако сама обстановка не располагала к остановкам. Представьте такую картину: рядом с тропинкой, оставленной для нас строителями, возвышается вал камней, на котором работает экскаватор. Понятно, что о тех, кто едет внизу, он не заботится. Гребет себе валуны, некоторые из которых срываются с насыпи и ухают вниз, прямо на проходящие мимо машины. Жуть! А рядом, между тем, катятся БеЛАЗы и трехосные карьерные Volvo. Для них легковушки все равно, что насекомые, раздавят — не заметят.

Спереди тащит, сзади толкает. Швеллерок метров 25

Конечно, и сама дорога не давала расслабиться. В одном месте, следуя за Толиком, мы стали карабкаться в подъем по валунам, хотя рядом был объезд. В темноте никто из нас его не увидел. В итоге Толя с Сашей в гору вскарабкались, а я на гладких камнях забуксовал. Пришлось пятиться задом, каждый миг ожидая жесткого контакта кузова с громадными каменюками. В другой раз уходили, наоборот, вниз мимо строящегося моста, а там речушка, чей лед сломан грузовиками. И колея, возле камешек в половину автомобильного роста. Стащит на него, приложит дверями — мало не покажется. Даже на коротких отрезках дороги, укатанных снегом, встречались коварные ловушки, усыпанные крупным гравием. Вылетаешь на такую и поскакал под треск ABS-ки. Но, наверное, больше всего запомнился настоящий пролаз — только что взорванная сопка (федералка между ними не кружит, строители просто взрывают природные преграды, оттого дорога получается на удивление прямой), от которой остались огромные валуны повыше машины, а среди них камешки поменьше, коих надобно промеж колес пропускать. Едешь над ними и пятая точка сжимается в страхе за автомобильное днище. Слушаешь, словно моряк-подводник, нет ли стуков по корпусу. Теперь понятно, почему бывалые перегонщики берут с собой холодную сварку и герметик. Нас опять же пронесло в буквальном и переносном смысле. Лишь Санька нарвался на булыжник, который прошелся по всему его днищу, напоследок саданув глушитель. Угораздило моего приятеля и во второй раз, когда он шел замыкающим. Несмотря на интервал метров в двести, из темноты вдруг выскочил, скача, камешек размером с кулак и со всего размаха двинул Corolla в бампер, расколов его. Александр потом недоумевал, как такое могло произойти. Скорее всего, виноват в том был мой задний привод (я ехал вторым). Видимо, где-то газанув, я придал тому булыжнику приличное ускорение. Хорошо, Саша успел хоть чуть-чуть оттормозиться — валунчик-то на уровне лобового стекла скакал.

При всем том, что мы здорово намотались на этой, с позволения сказать, дороге (за последние семь часов было пройдено всего 300 км), в организмах сохранился серьезный запал на дальнейшее продвижение. Но Толя едва ли не силой заставил нас остановиться недалеко от Могочи. Перед сном, дабы мы крепче спали, он поведал нам, что еще пару-тройку месяцев назад дорожная обстановка в этом районе была много сложнее. Таких каменных пролазов было несколько, а объездов, которых мы насчитали около тридцати, раза в три больше.

ПОСЛЕДНИЙ РЫВОК

Читинская область - сопки и "хорошая" дорога
Вся Бурятия в снегу

Следующие два дня нашего полуконтинентального перегона прошли в умеренном ритме. Меньше строительных участков, лучше гравийка, прямее трасса, в некоторых местах достигающая тридцати метров в ширину (как сказал Толик, для посадки президентского самолета) — все это способствовало и более размеренной езде, и меньшим нервным потрясениям от контакта колес с жесткими неровностями, и нахлынувшей внезапно тоске по дому. А вот и он, пока что в виде первого встретившегося нам упоминания о расстоянии до Иркутска. На том столбе были и другие города, в частности, Москва. Это по-нашему, по-русски — строительство еще не закончено, зато столбики уже понатыканы. Кстати, более серьезными дорожными указателями федералка также оборудована от и до. Благодаря им мы неплохо ориентировались на местности. А табличка «Перевал Юрия Тена» и вовсе вызвала в нас самые теплые чувства. Почти дома! Однако пилить до родных пенатов было еще тысяча верст. Мы прошли еще пару сотен километров, попутно отметив, что чем ближе к Чите, тем хуже дорога. Почти победоносным маршем пронеслись по Чернышевску и как-то незаметно для себя сделали открытие — под колесами-то уже не федеральная трасса. Точнее, это все еще федералка, только совсем не того качества, как была двумя-тремя часами назад. Она сузилась до двух гравийных полос отвратного качества, с которых злые местные ветра давно сдули весь снег. В который уже раз мы были вынуждены лавировать по всей ее ширине, объезжая глубокие выбоины с острыми краями. Скорей бы на асфальт попасть.

Он начинается где-то километрах в 120 от Читы. Хороший асфальт. В салоне наступает тишина, прерываемая лишь резкими порывами ветра. Катим в свое удовольствие, моторы на форсаже зря не надрываем. Но посмотрев на спидометр, замечаем, что его стрелка вновь готова подобраться к 120. Без льда и ступняка подобный режим можно считать оптимальным. Не было бы крутых поворотов, так вообще уложили бы ее на второй круг. Впрочем, это мы сделали чуть позже, когда миновали Читу. Та бетонка, что начинается за ней, позволила оторваться по полной. Летели, словно на крыльях, в иных местах подбираясь к 160. Жаль, такой режим нельзя держать всегда, наверное, дня за три бы до дома добрались. Но и этот скоростной кусок заканчивается, как обычно, сужаясь и превращаясь из читинского хайвэя федерального значения в банальную местную тропинку. Ехать, однако, можно, хоть и не так быстро. Вновь земля расходится гиблыми на скорости ванночками продавленного покрытия, вновь начинает периодически отключаться сознание. Не так, как раньше, но своими, похоже, навеянными читинским воздухом особенностями. Воспаленный от усталости разум вдруг предлагает моему вниманию какие-то фантасмагории — то человека, будто бы стоящего на мосту, то дорогу, уходящую почему-то в сторону (при этом Саша с Толей едут прямо). Быть может, в этом отчасти виноват ближний свет, которого на скорости выше 90 катастрофически не хватает. Оторвусь-ка на пару километров от своих ведущих и врублю дальний. Оторвался, но чересчур далеко, а догоняя, «словил», похоже, первую за всю дорогу настоящую «измену» — увидел впереди свет автомобильных фонарей и не признал в них уже ставшими мне родными габариты Corolla и Vista. Показалось, что это какие-то грузовички по трассе телепают. Но где же мои попутчики? Неужели куда-то в сторону ушли, а я в сонном угаре дальше гоню? Пока бампером в бампер не уткнулся, не признал.

Все, пора спать. Тут еще и снег пошел, сокративший видимость до жалких пары десятков метров. В очередной раз присоседились к «дальнобою», который, как в первую ночевку, снялся со стоянки и ушел в снежную ночь. Остались втроем. Страшно, но сон свое дело делает почище психоэмоциональных настроев. Уснули, как убитые. А наутро нас ждал последний рывок через Улан-Удэ и всю Бурятию. Мы бы совершили его не в пример быстрее, если бы не выпавший за ночь снег. Плотным ледяным панцирем он сковал дорогу, а за столицей автономии, напротив, вился в воздухе от проезжающих машин непроглядной стеной. По мне так лучше гололед. В снежной же мгле и контакт с покрытием отвратительный, и не видно ни зги. На обгон выходили втемную, рискуя нарваться на такого же камикадзе. Я почти нарвался — лоб в лоб встретился с «жигуленком», шедшим на меня без всякой подсветки. Еле разошлись, рванув друг от друга к разным обочинам и долго потом отлавливая метущие хвостами машины. Ближе к Байкалу снежная взвесь сменилась укатанной в лед дорогой. Мы уже строили планы, за сколько доберемся до Иркутска, как наш путь был прерван парным вылетом Толика и Саши. Спровоцировал его все тот же каток и Шуркины, в буквальном смысле слова, выкрутасы. Заворачивая на заправку, он слегка переборщил со скоростью и ушел в противоположную сторону, подрезав Толину «Висту». Все это происходило за моей спиной, поэтому я был премного удивлен, увидев — одного спереди, другого сзади — опершимися на сугробы дверями. Левая пара колес на твердом, правая в снегу по днище — классический вылет, исполненный в данном случае почти синхронно. Полчаса пытались как-то выбраться самостоятельно, используя мой Mark и пару свободных рук. Мимо неслись УАЗики да ЗИЛки, игнорировавшие наши призывы о помощи. Вот если бы «Жигуль» какой или «Волга» в кювете лежала. А так только усмешки. Лишь хорошо напыжованный Surf, заруливший было на АЗС, крутнулся и в первую очередь подъехал к нам. Пять минут, и вот мы уже в полном составе. Благодарим (кстати, только на фото я заметил, что джип был на блатных, в три тройки номерах, тоже по-своему примечательно).

Оставшийся путь дошли без эксцессов. До боли родной перевал, Иркутск, наконец-то Ангарск. Home, Sweet Home. Мы дома! Позади 4200 километров романтики, сотни литров сожженного бензина и килограммы материализовавшейся усталости. Впереди долгожданный душ и... спать, спать. А вот Толику еще ехать и ехать. Счастливого пути!

Наверное, иной человек, прочитав все вышеизложенное, посчитает наше путешествие достаточно скучным, лишенным какого бы то ни было экстрима. Спешу вас разуверить. Вояж по столь диким местам не может обойтись без инцидентов, пускай даже мелких. Да и вообще придорожная жизнь — она, как гейзер. Вроде бы незаметна, но стоит слегка копнуть — бьет во всю мощь. Однако об этом в следующий раз.

Максим МАРКИН.
Фото автора.

> Часть 1

> Часть 3

"Автомаркет+Спорт" №08  27.02.04

тут были комменты. RIP!






Поделиться ссылкой

Автофирмы Иркутска







Весь каталог