Как я работал на японском автоаукционе
Просмотров: 8296
8 Сентября 2006

ЩЕДАН КАКЕРУ*

Как я работал на японском аукционе

— Ну как, поедешь? — спросила Ира.

— А что я там делать буду? — зачем-то поинтересовался я, хотя знал, что поеду в Японию в любом случае. Даже если придется рис на полях окучивать.

— Сам все увидишь, — ответила мой работодатель.

«Сидеть на кнопке»

На второй день после приезда мне сообщили, что буду заниматься «самым простым» делом — покупкой автомобилей на местных аукционах по заказам из России. Аукционный компьютер представляет собой древний по нынешним меркам аппарат, с небольшим ЖК-монитором и той самой «кнопкой». Внешне — обычный джойстик, только намертво впаянный в свое основание. На экран компьютера выводится информация о торгуемом лоте: название аукциона, фотография автомобиля, аукционный лист, рассматривать который во время торгов нет времени, и, непосредственно, стартовая цена, которая иногда взлетает ракетой куда-то к звездам, а порой не поднимается выше дерева «бонсай».

В нашей фирме было две аукционные машины. Одна побыстрее — на цифровой линии для покупок в системе USS и вторая — полный тормоз на старом аналоговом кабеле от системы AucNet. На первом компьютере торги шли в одном поле на весь экран. Список аукционов располагался в колонке справа. Переключение между полями происходило быстро, как смена каналов на телевизоре. Работа спорилась, не вызывая напряжения.

«Аукнетовец» же, как настоящий ветеран экспорта японских машин в страны бывшего социализма, вел себя зачастую разнузданно. Отказывался быстро «выходить в онлайн», откровенно тормозил при смене аукционных полей, и вообще характер показывал самурайский — упрямый и несговорчивый. К тому же на одном экране, разделенном вертикальной полосой, шло сразу два поля торгов, а потому и «кнопок» было две. Такой «спаренный» джойстик на одной подставке. Будь я дельфином, который умеет думать разными половинками мозга о разных задачах, я б справлялся без проблем. Но я не дельфин — не умею правым глазом следить за ценой на правом поле и думать о ней, а левым делать то же самое на соседнем поле. Поэтому, когда в двух половинах экрана заходили совершенно разные машины, заказанные покупателями, приходилось браться двумя руками за оба джойстика и надеяться, что все-таки одна машина пройдет чуть быстрее другой, и я успею купить обе.

Как я работал на японском аукционе

Кнопка

Поначалу все напоминало детскую игру. Смотришь заказ клиента. Отслеживаешь лоты. За несколько номеров до заказанной машины «входишь в онлайн» — нажатием клавиши F3 подключаешься непосредственно к торгам. Дальше все просто. На покупку одной машины отводится примерно тридцать секунд. За это время надо успеть сообразить, тот ли это номер и та ли это машина, которую заказал покупатель. Не ошибся ли он.

Потом на экране с бешеной скоростью начинают мелькать цифры, а ты должен только успеть вовремя нажать, чтобы перебить предложенную другим таким же «кнопочником» цену. Ерунда, кажется. Сиди себе, дави гашетку, да зарплату получай. Вместо зарплаты уже следующим утром я получал выговор за некупленные автомобили. Сначала от начальства, а потом и от самих заказчиков.

Я, геймер с многолетним стажем, отыгравший в игры на реакцию не одно десятилетие, почему-то легко и непринужденно «протабанивал» самые простые лоты. Элементарно не успевал вовремя нажать, и нужная машина уходила пакистанским конкурентам по цене много ниже заказанной. Нервы сгорали, как сухой лес во время пожара. На горизонте замаячили ужасные штрафы. Сейчас объясню.

Если работать невнимательно и не покупать клиентские машины, штрафы берет родная фирма. Пусть небольшие — просто чтоб не расслаблялся, но берет. Если работать на нервах и покупать никем не заказанные авто, штрафы берет аукцион. И тут уже совсем другие суммы. За отмену сделки на уже купленную машину можно попасть на деньги от шестидесяти до восьмидесяти тысяч йен. Что в долларовом эквиваленте составляет примерно пятьсот-семьсот единиц. Ощутимый удар по зарплате начинающего «кнопочника». Пришлось немедленно брать себя в руки, собираться внутренне и работать дальше.

Как и все в этой жизни, работа на кнопке становится проще с приобретением практического опыта. Конечно, без эксцессов не обошлось. Пара «передавленных» машин — это когда смотришь в окно, любуешься горами, а потом раз — и ты купил разбитую CR-V без магнитолы на тысячу долларов дороже самой красной цены. Пара «Ой, номер лота не тот, надо «бланк отмены» посылать». И за каждым таким «ой» четко проступает силуэт недополученных с зарплатой денег. В итоге уже через две недели я скакал по аукционным полям не хуже ловкого гепарда. Иногда в течение буквально десяти секунд успевал «завалить» три-четыре машины. Но это уже лирика.

В жизни часто выходит так, что мы не получаем желаемого. Будь то результат или деньги, не имеет значения. Когда хозяин машины хочет продать ее за миллион йен, а клиенты предлагают только девятьсот пятьдесят тысяч, автомобиль «уходит в нагарэ». То есть временно снимается с торгов до того момента, пока не найдется желающий заплатить хотя бы примерно ту сумму, которую хочет продавец.

И вновь продолжается бой. Если машина хорошая, то, естественно, купить ее хотят многие. Победителем станет тот, кто быстрее остальных предложит устраивающую хозяина цену. Но чаще всего хозяин соглашается на самое первое предложение, не дожидаясь остальных. Поэтому, хороший «кнопочник» должен бросить сразу все свои дела, быстро найти бланк заказа, оформить его и срочно отправить факсом на аукцион, если машина торгуется в системе USS. Либо взять телефон, набрать номер одного из аукционов AucNet, если автомобиль выставлен в этой системе, и сделать устный заказ.

В первом случае все просто. Бланк заказа — готовая форма, со всеми данными фирмы-заказчика и номерами факсов аукциона. «Кнопочник» заполняет дату, название машины и цену, по которой хочет автомобиль купить. При этом заказываемая цена должна быть больше той цифры, по которой автомобиль «ушел в нагарэ», как минимум на три мана — тридцать тысяч йен.

Немного сложнее обстоят дела с системой AucNet. То ли факсы им лень покупать, то ли бланки заказов обрабатывать не хотят — не понятно. Так что, надо звонить. Нет, конечно, я изучал японский десять лет назад. И даже помню, как будет «добрый день» и «добрый вечер». Жаль, что этих знаний для правильного оформления заявки оказалось недостаточно. Пришлось просить старших товарищей, чтоб звонили и договаривались пока сами.

Дело в том, что с аукционов USS, получив факс с «щеданом», сотрудник звонит вам и сообщает только цену, которую хозяин запросил за свое авто. Цифры выучить несложно в любом языке. Поэтому, даже зная, как звучат одни только цифры, уже вполне можно торговаться с «ю-эс-эсовцами». Называешь им свои суммы, а они тебе свои. Когда цифры совпадают, говоришь «Сорэ дэ онэгай щимас». То есть согласен взять по этой цене. Если цены не нравятся, говоришь «Сумимасен, нагащите кудасай». Извините, снимите заказ, пожалуйста. Несложно, правда?

«Аукнетовцы» же в ответ на звонок «кнопочника» начинают задавать кучу вопросов. «А какой у вас номер регистрации в нашей системе? А сообщите ваш номер телефона и данные человека, ответственного за покупки. А вы согласны оплатить услуги по оформлению вашего заказа в размере двух тысяч йен?». Нет, конечно, вопросы не сложные. Когда их по-русски задают. Но я в первое время не мог понять вообще ни слова из разговора по телефону. Узнавал только «Здравствуйте, вам звонят с аукциона». А дальше слышал набор каких-то неясных терминов. Да, опыт сын ошибок трудных, и тут пришел на помощь. Примерно через три недели.

Как я работал на японском аукционе

Параметры лота

Итак, отправляем факс, или звоним и ждем. Ответный звонок с аукциона может поступить как через десять минут, так и через три часа. С чем связана такая разница в ожидании звонка, я так и не выяснил. Очень вежливо, а японцы со всеми клиентами обращаются как с родными, вам сообщат по какой минимальной цене хозяин согласен продать автомобиль. Если сумма не парит чуть выше гор, да и заказчик из России хотел купить как раз за эти деньги, соглашаемся не торгуясь. Если японец решил не просто продать машину, а еще и заработать на этом, можно поторговаться. На уступки в размере двухсот-трехсот долларов продавцы, как правило, идут легко.

«Подарки»

Далеко не секрет, что Япония — ведущая страна-производитель всего, что ездит на колесах, обладает рулем и потребляет топливо. Насколько разнообразен ассортимент предлагаемых моделей, настолько же разные цены встречаются во время работы «на кнопке».

Многие знают, что машины на аукционах распределяются по группам. Тут вам и «гурин кона» — «зеленый угол», где можно купить самые приличные аппараты. И «ван она» — «один владелец». И «рисайкуру кона» — «угол утиля», где, если машина заводится и передвигается сама, считай повезло.

Маленьким открытием лично для меня стала группа, сейчас не вспомню название, с очень дешевыми автомобилями. В первый раз набрел на нее как-то утром, примерно за час до запуска основных аукционов. Сначала не понял. Думал, ошибся спросонья, когда увидел, как Нonda Civic девяносто пятого года в рабочем состоянии, с небольшими изъянами продалась за что-то около пяти тысяч йен. Ага, чуть меньше пятидесяти долларов. То есть, конечно, с оплатой доставки на стоянку фирмы, аукционного сбора и пары небольших налогов, цена машины взлетает аж до заоблачных долларов примерно четырехсот. Но вот спросите себя, вы купили бы Honda Civic девяносто пятого года за четыреста долларов?

А Sprinter Marino девяносто восьмого за шестьсот? Эту машину я взял уже поздно — примерно в десять тридцать вечера, за полчаса до конца последнего аукциона. Стартовая цена в три мана (тридцать тысяч йен — меньше трехсот долларов) увеличилась от моего нажатия всего на три сэна (три тысячи йен ). Как обычно, аукционный сбор и налоги увеличили цену примерно до шестисот долларов.

Когда трейлер привез этот автомобиль на нашу стоянку, посмотреть вышли почти все механики. Думали, живого места на ней не будет, не говоря про убитый по умолчанию аккумулятор и «лысую» резину.

После того как машина завелась без «прикурки», а потом своим ходом съехала с трейлера, многие удивились. Заглядывали под днище, искали перебитые номера кузова и двигателя, принюхивались в салоне — не умер ли кто внутри. Дело в том, что японцы не станут покупать машину, в которой кто-то погиб или совершил сэппуку (харакири по-нашему).

Как ни странно, никаких подозрительностей обнаружить не удалось. Даже больше — за исключением пары мелких царапин автомобиль был в идеальном состоянии. Поэтому все решили, что я просто «подарок» взял. Стечение обстоятельств — позднее время захода на продажу, возможно, чья-то невнимательность или просто нежелание покупать этот автомобиль, ну и вовремя нажатая мной кнопка, привели к такой вот радости для заказчика. Он надеялся потратить на покупку не более полутора тысяч долларов, а заплатил в итоге чуть больше шестисот. Естественно, при полной растаможке цена машины удесятерится. Но другого выхода у нашего государства нет.

Конечно, подарки скорее исключение, чем правило. Иногда смотришь на лот и думаешь, что взять его с пары нажатий не составит особого труда, но выходит по-другому. За машину начинают «давиться» — перебивать твою ставку на одно-два нажатия. Вроде бы вот-вот уже купишь заказ, а в другой фирме такой же «кнопочник» сидит и по чуть-чуть «передавливает» тебя. В таком случае по невнимательности можно упустить автомобиль на шестьдесят-девяносто долларов дороже. То есть не выполнить заказ. Клиент будет недоволен. Как говорят японцы, «Окяку-сама ва ками-сама дес», что значит «клиент — Бог».

Так что подарков за три месяца работы было немного. Но зато какие! Уже перед самым моим отъездом на родину от наших заказчиков пришел список, в котором была Honda Partner 1999 года. Захожу в аукцион, нахожу номер этого лота — сильно удивляюсь. Машина уже продалась — наши заказчики поздно пришли на работу и прислали заявку на двадцать минут позже начала торгов. Еще больше я удивился, когда рассмотрел цену, по которой ушел автомобиль. Две тысячи йен. То есть чуть меньше двадцати долларов. Заказчик хотел потратить на этот лот тысячу долларов. Вот не припомню, как по-японски будет «Кто рано встает, тому Бог подает».

Как я работал на японском аукционе

Ценовое поле

После такого перестаешь удивляться тому факту, что наше государство всеми силами старается задушить импорт японских автомобилей. Если убрать пошлины, автопром России умрет даже не через день, а уже, наверное, через пару часов после обнародования закона, захлебнувшись в потоке дешевых, надежных машин. Вместе с расположенными на территории нашей родины заводами по сборке иностранных марок. Ну и движение по всей стране придется на правостороннее перевести, конечно.

А вывести российское автомобилестроение на уровень японского, упорно задирая пошлины, могут надеяться только странные люди. Либо не понимающие, что так никогда не случится, либо гребущие с нашего автопрома огромные деньги. Небольшие в масштабе страны, но вполне приличные для одного человека.

*по-японски – "Делать заявку на покупку автомобиля"

Виталий БОГДАНОВ

Автомаркет+Спорт № 12

Поделиться ссылкой

Автофирмы Иркутска







Весь каталог