Большое путешествие. 15000 км по встречной (Австралия)
Просмотров: 6625
28 Марта 2008



















Австралия

Часть первая

Часть вторая

Часть третья

Северные тропики

Краткое содержание первых пяти частей

Автор вместе с товарищем отправились из Иркутска в глобальное путешествие по Австралии. Прошло 13 дней, позади остались Сидней, Канберра, Национальный парк Костюшко и Мельбурн. После знакомства с расположенным в центре континента городком Алис-Спрингс и лежащими вокруг природными достопримечательностями журналист «А+С» отправляется на самый север континента — в Дарвин.

В Австралии все другое: времена года, звезды на небе и направления движения. На севере — самый мягкий и теплый климат на континенте. И почти пустынная земля. Именно на самый север Австралии (как здесь говорят Top end, что можно понимать и как край Земли) в единственный здесь город Дарвин мы и прибыли солнечным и жарким январским утром. Мы стали ближе всего к экватору (и к дому — по прямой — всего-то 8000 км). Через условный календарный экватор перевалило и само наше путешествие.

Счастливые часов не наблюдают

В отель в Алис-Спрингс, после поездки на Улуру, вернулись уже в 4-м часу утра, когда на востоке забрезжил рассвет. Впечатлений было много, и ими хотелось немедленно поделиться с человечеством — поэтому я засел за очередной дневник для редакционного сайта. Поспать опять не удалось. В 8.00 должно было открыться Интернет-кафе в соседнем хостеле, откуда я и рассчитывал отправить депешу на редакционный сайт. Но ни в 8.00, ни позже двери хостела не открывались. Дожидался открытия в соседней рощице, точнее, на высохшем русле реки Тодд. Говорят, она течет несколько недель в году и даже бывает полноводной, и на ней проводится знаменитая Хенлейская регата на шлюпках без дна, но сейчас это и не представить. Мы вообще не видели воды в естественных условиях, даже лужицы, уже трое суток — при том, что проехали по Красному центру (как называют эти места) 1500 км.

А утро в Алис-Спрингс чудесное: перепад температур здесь круглый год как в Сибири — 20 градусов, поэтому ночью и на рассвете здесь по местным меркам даже прохладно. Основательно понежившись в полном одиночестве на солнышке — было воскресное утро, и мою идиллию нарушали только время от времени мелькавшие физкультурницы с фигурой Маши Шараповой и с неизменными наушниками и аудиоплеерами. Хостел открылся почему-то только в 9.00 — я уже в спешке отправил E-mail — да что же это такое, мы снова опаздываем на самолет! Хорошо, что аэропорт совсем рядом, да и через многоуровневые развязки как в Мельбурне продираться не надо — одна, почти пустынная дорога.

В этот раз мы уже менеджера прокатной конторы не искали — просто отдали ключи на стойку кампании. Ассимилировались! Какое же это приятное чувство — когда тебе доверяют. Но для России общество, построенное на взаимном доверии, это все же утопия.

За просмотром электронной почты (во всех аэропортах есть беспроводной доступ в Internet) и не заметил, что время нашей посадки наступило, но никакой активности не наблюдается. Пошел посмотреть на табло — ну и ну — да время здесь на час меньше, чем в Сиднее и Мельбурне! Мы три дня прожили в другом часовом поясе (почему-то на reception отелей, в отличие от России, нигде нет часов) и даже этого не заметили. Вот уж воистину счастливые часов не наблюдают. Хотя впредь надо быть с этим поосторожней — а если бы время сместилось в другую сторону, мы бы наверняка опоздали на самолет.

Северная столица

Полет был приятен, вот только почему-то пилоты знаменитой австралийской авиакомпании Qantas сажают самолет с ощутимым ударом о землю (мы уже даже стали заключать пари — «плюхнет-не плюхнет»).

Дарвин, по нашим меркам — всего-то 70000 жителей, просто райцентр. Но аэропорт оказался побольше, чем в российских городах-миллионниках (про инфраструктуру я и не говорю). Вообще, воздушная инфраструктура в Австралии куда более развита чем в России. Ведь из-за огромных расстояний чтобы переехать из города в город чаще всего приходится пользоваться воздушным транспортом. Австралийцы воспринимают полет на самолете как нечто банальное — как поездку на такси. К тому же авиатранспорт — основной способ путешествия для миллионов иностранных туристов.

Австралийские города воспринимаются куда больше, чем есть на самом деле. Большинство жителей здесь имеют собственные дома с большими садами-участками, поэтому пригороды огромны. Хотя в отличие от Алис-Спрингс в центре здесь есть и многоэтажные дома, как правило, апартаменты. Многие австралийцы очень мобильны и в поисках хорошей работы могут запросто менять место жительства хоть каждый год. Жильем обзаводиться при этом не надо — на каждом новом месте ждут временные квартиры со всей обстановкой на любой вкус и с необходимым уровнем сервиса — что-то среднее между постоянным жильем и отелем.

Дарвин к тому же еще и столичный город — это центр штата Северные территории. Огромные размеры — 1,36 млн. кв. км (шесть Великобританий!) и почти пустынные земли. Население Северных территорий — всего 173 тыс. человек (из которых две трети проживают в Дарвине и Алис-Спрингсе), плотность — самая низкая в мире — 0,2 чел./кв. км.

Несмотря на то что наш двухчасовой перелет проходил в рамках одного штата, климат поменялся радикально. Температура стала несколько ниже — около 30 градусов, но из-за высокой влажности переносится она гораздо тяжелее, чем 43 в Алис-Спрингсе. Предбанник! К тому же здесь нет резких колебаний — ни по времени суток, ни по временам года. Зима (то есть июнь-август) самое благоприятное время — дневная температура в районе 20-25 градусов и достаточно сухо, а сейчас пик мертвого сезона — сезон дождей. Столь же радикально поменялся и пейзаж — если в Алисе земля была безводной и безжизненной, а климат сухим, то здесь все наоборот — буйство тропической зелени, влажный воздух и ливни по ночам.

Дарвин (для континента он еще и ворота в Азию — вот почему здесь так много азиатских лиц) — единственный город в Австралии, который подвергался почти полному разрушению. Во время второй мировой войны город бомбили японцы — 64 налета, 243 погибших. А 25 декабря 1974 (в самое рождество) обрушился циклон «Трейси», разрушивший 9 из 10 городских построек, после чего в течение двух лет город был отстроен заново — с десятикратным запасом прочности.

У нас уже начинают складываться в Австралии определенные правила игры. День прибытия — знакомство с городом. Правда, все интересное можно обойти за пару часов. Когда ехали по Дарвину из аэропорта в свой отель в самом центре (он так и называется Darwin central) город показался просто огромным. Но когда пошли осмотреться, оказалось, что жизнь здесь теплится в прямоугольнике 100х500 м. С десяток высококлассных отелей, два супермаркета, казино, ресторанчики с различной национальной кухней (для разнообразия поужинал в лаосском), да две пивнушки, в одной из которых мы весело скоротали воскресный вечер, подивившись свободе нравов местной молодежи, отрывавшейся по полной программе (впрочем, обстановка была исключительно дружелюбной).

Дарвин вообще считается самым пьющим городом и пивной столицей Австралии (хотя пиво обильно употребляют везде) — каждый год в июне на одном из заливов здесь даже проводится единственная в своем роде «пивная регата» из судов, склеенных из пустых пивных баночек.

Северные территории — исконная земля аборигенов, где им принадлежит половина территории. В Дарвине аборигенов значительно меньше, чем в Алисе, но выглядят они еще ужаснее. Почти все встреченные нами в Дарвине аборигены были опустившиеся люди — пьяные, грязные, в лохмотьях.

Ловить — так королеву

Впрочем, вечером в воскресенье мы не только бесцельно бродили по трем городским улочкам и пили пиво, но и обзавелись билетами на экскурсии. Дарвин, по сути выполняет те же функции, что и Алис-Спрингс — служит туристам перевалочной базой к окружающим природным сайтам и в первую очередь второму по величине в мире — Национальному парку Какаду. В Какаду мы должны были ехать во вторник, а чтобы не терять время в понедельник, основательно насмотревшись на роскошные рекламные плакаты с пойманными океанскими исполинами, сами клюнули на удочку и решили отправиться на рыбалку.

Честно говоря, прелестей рыбалки я никогда не понимал: скучно, долго и непродуктивно. Нет, когда-то в далеком детстве, как и у всех синюшинских пацанов, у меня тоже была удочка, с которой я ходил на Иркут, но, кажется, так ничего и не поймал. Но в этот раз зацепило — а почему бы и нет? К тому же надо было хотя бы на катере поплавать по Индийскому океану. Купаться здесь смертельно опасно — прибрежная кубомедуза почти официально считается самым ядовитым животным в мире. Прозрачное, почти бесцветное существо размером с грейпфрут молниеносно бросается на человека, поражает сердечную мышцу и смерь наступает в считанные секунды. По официальной статистике, у берегов Австралии погибло 70 человек (мой товарищ все же пренебрег этой опасностью и вполне благополучно искупался).

На нашем баркасе собралась интернациональная бригада — англичане, американцы, арабы и бразильцы. Хозяин судна порадовал — не так давно были русские — это первый след присутствия соотечественников, обнаруженный нами за последние дней 10. Мы не одни русские в этом мире!

Рыбачили на спиннинг — долго и бестолково. Я так толком и не научился насаживать наживку, которую в огромных количествах готовил экипаж (не один я такой «чайник»). Да и закидывать спиннинг тоже устал. Мы часа четыре барражировали по океану в поисках рыбного места, но клев не шел. На всю «команду» — человек 15 — в плюсе была всего одна рыбина, которую уже готовили к ланчу — вместе с традиционными сосисками. Настоящее извращение — гамбургеры в Индийском океане. Вот и я стал жертвой рекламы — за потраченные на экскурсию $120 можно было три раза сходить в самый роскошный рыбный ресторан. Капитан уже объявил о готовности идти к берегу, как у меня чуть не вырвало спиннинг из рук. Есть — я даже при полном отсутствии опыта понял, что поймал что-то крупное и даже успел крикнуть товарищу, чтобы доставал из рюкзачка уже запакованный фотоаппарат. Спустя пару минут, которые я отчаянно боролся с рулеткой, появилась она — огромная зеленоватая рыбина.

Queen-fish — very good! — пояснил капитан. Вокруг нас собралась вся команда. Все завистливо цокали, снимали рыбу-королеву на свои «мыльницы» и по-дружески похлопывали меня по плечу. Правда, рыбину (уж не знаю, сколько она весила, мне показалось — килограммов 10, хотя рыбакам свойственно преувеличивать) пришлось отпустить. Оказалось — деликатес, на лов которого нужна специальная лицензия. Честно говоря, меня это абсолютно не расстроило — мы дети цивилизации привыкли пропитание брать в супермаркетах.

Мой товарищ по поездке тем временем не находил себе места. Как так, он завзятый рыбак не поймал ничего, а я, «чайник» — Рыбу-королеву. Но когда мы уже снимались с якоря, и ему улыбнулась рыбацкое счастье — в виде акулы. Но и ее пришлось отпустить: акула — рыба сорная. Но зато мы ходили в премьерах — Russians are the best fisherman — каждый на корабле посчитал своим долгом подойти и пожать нам руку, а некоторые и сфотографироваться на память. В общем — страну не опозорили.

Мы в такие шагали дали, что не очень-то и дойдешь…

Я уже забыл, когда в последний раз вставал позже 6 утра. Вот и в этот день мы поднялись ни свет ни заря (хотя на улице было уже светло) — в 6.30 за нами заехал огромный туристический автобус, и мы взяли курс на городок Джабиру, место нашей ночевки в Национальном парке Какаду.

Тысячу раз ездил на экскурсии, но никогда не видел, чтобы водитель и гид был в одном лице. Но в Австралии в очередной раз все было по-другому: довольно солидных лет Джон оказался един в двух лицах. Да еще довольно строг: когда на первой остановке мы при завтраке решили пропустить по стаканчику припасенного австралийского вина, он попросту забрал у нас бутылку со словами «Я тоже люблю вино, но в автобусе пить нельзя». Мы не обиделись — наверняка у Джона богатейший жизненный опыт, ему виднее. Вечером нам Джон бутылку вернул — все это время он бережно хранил ее в холодильнике.

Тем, кто собирается в Австралию я бы советовал обязательно побывать в Какаду — из всех 540 национальных парков этот, наверное, самый впечатляющий, не случайно включен в список Всемирного наследия ЮНЕСКО — как природный объект и как памятник культуры, потому что является самой большой в мире галереей наскальных рисунков, возраст которых насчитывает до 18000 лет. Заповедная планета дикой природы, чьи границы расположены в 153 км от Дарвина — с потрясающими тропическими ланшафтами и богатейшим животным миром. Если бы не дороги (как и везде в Австралии — потрясающего качества), да не проложенные повсеместно пешеходные дорожки для туристов, эта земля выглядит совершенно дикой — такой же, наверное, как была тысячи лет назад.

Название Какаду происходит вовсе не от имени попугая (хотя их здесь великое множество), а от термина gadudju, на котором говорило проживавшее в северной части парка племя аборигенов.

Первый день в Какаду получился насыщенным — мы побывали у горы Нурленги Рок, вдоволь насмотрелись на наскальные рисунки (всего их здесь 5000, но большинство находится на недоступных территориях), нагулялись по тропическому лесу, сплавали на кораблике по Желтой реке с ее потрясающими заливными лугами (а в одном укромном месте видели даже в естественной среде на расстоянии вытянутой руки кровожадного гребенчатого крокодила), посетили очередной культурный центр аборигенов. Да, организованная экскурсия позволяет за один день многое увидеть и услышать, но вот за что я их не люблю — так это за полное отсутствие авантюрного начала. Любое самое вкусное блюдо без соли и перца становится приторно пресным.

Поэтому когда нас высадили у места нашей ночевки в городке Джабиру в самой глубине парка, мы вздохнули с облегчением — свобода! Еще накануне при выборе тура решили взять самый экономичный вариант размещения (хотя не за такие уж маленькие деньги — $380) — в лодже в 4-х местных комнатах, надеясь на интересные встречи и общение.

Наш лодж оказался лучшим местом для отдыха на природе из тех, что я видел — вот такие надо строить на Байкале. Служба размещения, магазинчик и ресторанчик на въезде. Огромная обустроенная территория с идеально ровным газоном, пальмовыми аллеями и спортплощадками. Отдельные домики со всеми удобствами и длинные бунгало с демократичными четырехместными номерами (из инфраструктуры — обязательные в этих местах холодильник и кондиционер) и общей на всех кухней. Места для кемперов и установки палаток с полной системой жизнеобеспечения. Удобства хоть и на улице, но без дискомфорта — чистенькие заведения с туалетами и душем. Эдакий благоустроенный пионерлагерь для взрослых.

Но в Какаду сейчас мертвый сезон, и «пионерлагерь» оказался почти полностью пуст. Довольствоваться пришлось лишь обществом девушки Ли из Тайваня, путешествующей по Австралии для совершенствования английского. Когда все дежурные темы для разговора были исчерпаны, отправились изучать окрестности.

Джабиру оказался совсем небольшим городком, главным пристанищем путешествующих по парку туристов, в котором проживает 1800 человек — служащие парка да аборигены (которых здесь, похоже, большинство). Впервые в Австралии аборигены были веселы, жизнерадостны, общительны и охотно позировали на камеру. Вообще создалось впечатление — чем ближе абориген к природе, тем гармоничней ему живется с окружающим миром.

В Джабиру показалось — в такую глушь я еще не забирался, ведь до ближайшего международного аэропорта отсюда было более 2000 км, а до города — 200. С другой стороны — в Джабиру работала мобильная связь, был доступ в Интернет, а когда мы рассчитывались по банковской карточке за покупку, тут же пришло SMS-сообщение об успешно проведенной операции. Правда, как такового городка мы и не видели — только пальмовые аллеи вдоль дороги и идеально ровные газоны. Наконец, разыскали заправку — центр местной жизни, на которой я даже купил местную газету Jabiru Rag, повествующую о незатейливой местной жизни — с колонкой мэра, отчетами о матчах местной команды по регби, расписанием работы гольф-клуба и информацией о праздновании Дня Австралии. В общем, жизнь кипит даже в такой глуши.

Другой центр притяжения — единственный местный бар, выпить по кружечке пива в котором оказалось не просто. «Пиво отпускается только членам Общественно-спортивного клуба Джабиру» — гласила надпись на стойке. Пришлось вступить — благо это оказалось недорого. Таким образом, единственное общественное объединение или партия, в которой я состою — Jabiru Sports & Social Club (членский билет №58752), чем в силу убежденной аполитичности горжусь.

Рано утром следующего дня за нами заехал уже другой автобус, и мы продолжили наше путешествие по парку. Из всего виденного больше всего запомнилось Шоу прыгающих крокодилов — обязательный пункт программы для всех прибывающих в Какаду. Пароходик с туристами курсирует по реке Аделаида, где на берегах поджидают голодные и кровожадные крокодилы. Ну, во-первых, не такие уж голодные — пароходик курсирует каждые два часа, и к вечеру крокодилы уже сытые, ведь аттракцион заключается в их кормежке — гид дразнит «Гену» привязанным на шесте мясом, а тот лениво пытается его поймать. Так лениво, что иногда мясо приходится опускать прямо в рот. И не такие уж кровожадные — эти крокодилы относятся к семейству фреши, которые, несмотря на свой грозный вид, на людей не нападают. Если, конечно, очень не постараться. Как рассказал гид — недавно один крокодил съел слишком любопытного туриста. Пришлось крокодила ловить и убивать — чтобы извлечь останки (не знаю, правда или нет эта история — может, просто байка для туристов).

А еще в этот день нам в изобилии попадались знаменитые австралийские автопоезда из трех и даже четырех составляющих. Удалось сделать несколько эффектных кадров. Но это уже тема для другого материала. Пока же мы снова летим — теперь на юго-восток, в городок Кэрнс, откуда нам предстоит отправиться в океанский круиз по Большому барьерному рифу.

Продолжение следует

Часть пятая

Часть шестая

Часть седьмая

Ефим Незванный
Фото автора

Автомаркет+Спорт № 13

Австралия
Австралия
После тропического урагана «Трейси», обрушившегося на Дарвин в Рождество 25 декабря 1974 года, когда сила ветра достигала 217 км/час. город по сути сравняло с землей. По государственной программе за 2 года было возведено 2000 домов, способных противостоять ве | Австралия
Отсутствие выстроившихся на побережье небоскребов — это то, что отличает Дарвин от прочих столиц австралийских штатов  | Австралия
Судя по тому как прогнулся спиннинг, рыба идет немаленькая | Австралия
Австралия
Австралия
Австралия
Намарргон (Светящийся человек) — самое известное наскальное изображение Австралии — рентгенорафический рисунок спящего духа. «Рентгенский» стиль — характерная черта наскальных рисунков Какаду | Австралия
Австралия
Австралия
Австралия
Австралия
Эти дорожные монстры называются Road train — дорожный поезд | Австралия
Floodway — затопленные дороги, типично австралийская «фишка». Если на автомобиле установлен шноркель, значит он эксплуатируется в аутбеке | Австралия
Австралия
Поделиться ссылкой

Автофирмы Иркутска







Весь каталог