Венгрия
Просмотров: 4374
15 Февраля 2008

ВЕНГЕРСКОЕ, УРОЖАЯ 2007 ИЛИ ВОСЕМЬ ПУТТОНЕЙ СЧАСТЬЯ

































Венгрия

Полгода – срок достаточный, чтобы забыть несущественное и ярче осознать: что было счастьем, а что из прошлого стоит забыть и никогда к нему не возвращаться. Я вхожу в многоэтажные подвалы моей памяти, покрытые толстым слоем «благородной плесени»: здесь хранится еще не до конца созревшее Токайское Асу урожая 2007. Полгода тому назад 8 путтоней превосходного заизюмленного винограда всыпано в это вино моей памяти — 8 дней, проведенных в Венгрии. Кроме сладости, в нем уже проявились оттенки зрелого вина. Попробуем венгерского?

До июля 2007-го я не только в Стамбуле не была — ох, где я только не была... И вот в первый раз за границу, да еще в Венгрию, о которой мы знали так мало: аграрная страна в центре Европы, столица — Будапешт, озеро Балатон, гуляш, паприка, знаменитое токайское... И вот еще мадьяры — не славяне. Язык такой поэтому... непонятный.

ЗАИЗЮМЛИВАНИЕ

Помирать буду – вспомню священный ужас Главного, просмотревшего наши венгерские фото и прибежавшего из своего кабинета к моему рабочему месту специально, чтобы спросить: «Вы что, ехали на поезде?!». Да! Туда летает самолет, да не летает милый Кот... Причем только родная ВСЖД скрасила путешествие исправно работавшим кондиционером (дело было, между прочим, в середине июля) и чистотой в купейном вагоне дополнительного поезда Улан-Удэ – Москва. В международном же вагоне № 438 Москва – Будапешт фирменного поезда «Тиса» Москва – Ужгород № 15 кондишн лишь застенчиво намекал на свое присутствие слабым веянием жаркого воздуха где-то над дверью купе все 36 часов утомительного пути.

Вот и Венгрия. Утренний воздух еще свеж, но уже чувствуется в нем предстоящий зной. Мы глазеем из окон на ухоженные поля — и сразу поражает чистенькое шоссе, идущее между железной дорогой и полями, сразу понимаешь: пейзаж не наш... b]1-й путтонь. будапешт

На довольно потрепанной платформе вокзала Келети (Восточный вокзал, на который приходят практически все международные поезда) нас ожидает с табличкой в руках раздраженная опозданием встречающая — немолодая наша соотечественница Наталья, живущая в Будапеште уже больше 20 лет. Наталья быстро договаривается с таксистом, минут через десять мы уже в отеле Benczur на одноименной улице в центре Пешта; нам не дают времени даже, чтобы привести себя в порядок: только бросить вещи в номере, куда их несет симпатичный молодой венгр. (Первый опыт одаривания чаевыми – у нас еще нет разменной монеты, поэтому к изумленному юноше, не сразу понимающему, что это «наши деньги», перекочевывают три потрепанные родные десятки. Стыдно...) В растрепанно-распаренном виде мы вваливаемся в благословенный холод огромного туристического автобуса — впереди автобусно-пешеходная обзорная экскурсия по городу, довольно скомканная; ведет ее с очаровательным (на мой взгляд) акцентом худенькая немолодая Агнеш, измученная жарой, бестолковыми и невнимательными руссо туристо, а пуще всего болью в забинтованной ноге. Едем по тихой улице Бензур, на которой расположены посольства, в том числе и российское, к блестящему проспекту Андраши — он выходит на площадь Героев (Hosok ter), к городскому парку Варошлигет (Varoshliget); восхищаясь по пути всем, что видим из окон, но ничего не успевая хорошенько разглядеть.

Все это мы посмотрим потом еще сами, неторопливо, пешком. А пока: это Пешт — равнинный, деловой, здания в стиле арт-нуво, модерн, сецессион, нео-барокко (кто бы знал еще, что это такое... Просто безумно красиво, да и все тут!). Посмотрите налево, на стенах некоторых зданий графитовые украшения: господа, в Пеште надо гулять, задирая голову вверх! Вот барельефы, статуи на карнизах зданий и в нишах, атланты-кариатиды... И наверху, говорят нам, разноцветные майоликовые крыши: архитектор, израсходовавший слишком много средств на крыши, которые никому не видны с земли, так ответил на упреки в транжирстве городской казны: «Мои крыши видит Бог». Из окна автобуса майолики не видно, но мы увидели ее, бродя по городу уже самостоятельно.

Венгрия расположена в центре Европы, в бассейне Дуная. Население — почти 10 млн. человек, из них около 2 млн. живут в столице. Граничит с Австрией, Словакией, Украиной, Румынией, Сербией, Хорватией, Словенией. Государственный язык – венгерский, входящий в финно-угорскую языковую группу. Государственное устройство: парламентская республика. Религия — 2/3 населения католики, 1/4 – протестанты, около 10% — иудеи. Наиболее важные отрасли экономики: сельское хозяйство, а также туризм. Площадь – 93 тыс. кв. км. Климат умеренно-континентальный; количество солнечных дней значительно превосходит среднеевропейские показатели. Выхода к морю нет. Есть крупное судоходное озеро — Балатон: длина 72 км, глубина 3 м, в районе полуострова Тихань до 12 м; вода в озере летом хорошо прогревается; озеро богато рыбой (50 видов); запрещен водно-моторный транспорт, кроме маршрутных судов. Крупные реки – Дунай (по-венгерски Дуна) и Тиса.

Столица — Будапешт. Площадь города 525 кв. км., 23 района. В черте города 9 мостов, 7 из них автомобильных. Самый старый мост – Цепной (мост Сечени – Szechenyi hid) построен в 19 веке, был разрушен во время Второй мировой войны и восстановлен после нее; второй – Маргит хид, соединяет остров Маргит с Будой и Пештом; очень красив мост Эржебет; мост Арпад соединяет Обуду с Пештом.

Наконец, парк Варошлигет, которому опавшие от аномальной жары (по словам Агнеш, температура выше сорока уже не первый день) листья и порыжевшие сухие газоны придают вполне осенний вид. В этом огромном и любимом горожанами парке располагаются знаменитые термальные купальни Сечени постройки 19 века, построенные в стиле нео-барокко; тут прекрасный зоопарк, в котором среди прочих зверей живут бегемоты, регулярно дающие приплод в неволе, как говорят, исключительно благодаря целебной термальной воде купален; где-то в глубине парка находится еще и Музей транспорта, который мы так и не осмотрели, к сожалению (ведь не планировалось же написание статьи); здесь же на островке посреди небольшого искусственного озера — замок Вайдахуняд, выстроенный к 1000-летию Венгрии в 1896 г. как точная копия трансильванского замка вначале в виде деревянных павильонов, а затем по желанию горожан уже из камня: стены его увиты плющом, вокруг течет термальная вода из купален Сечени; внутри замка располагается Музей сельского хозяйства, а рядом с ним – часовня, в которой часто проходят венчания.

Внутрь замка нас не ведут. Только проходим через небольшие зальчики, где можно купить сувениры. В Венгрии лета 2007 расплачивались только форинтами, но продавцы сувениров евро брали охотно, и иногда даже можно было немного сэкономить, как ни странно, расплачиваясь евро. Цену товара мы прикидывали в уме приблизительно, деля сумму в форинтах на 7; на самом деле курс был немного выше: что-то около 7,2 Ft/руб.

Экскурсия в Пеште продолжилась на огромной площади Героев (Хёсек тер), обустроенной также к 1000-летию Венгрии. На площади Героев и примыкающем к ней проспекте Дожа Дьёрдьи могут поместиться сотни тысяч человек. Посередине Хёсёк тер возвышается 36-метровая коринфская колонна, на ее вершине почти пятиметровый архангел Гавриил, держащий в правой руке Святую корону, а в левой – апостольский двойной крест: как символ обращения венгров в христианство первым венгерским королем Иштваном; на постаменте вокруг колонны установлены конные скульптуры князя Арпада и семи вождей мадьярских племен, переваливших в 896 г. через Карпаты, обретя здесь родину. Слева и справа размещена колоннада, по краям которой стоят скульптуры Войны и Мира; в просветах между колоннами установлены скульптуры венгерских королей, военачальников и политиков.

А солнце палило нещадно. По всей Европе в июле стояла убийственная жара, и в центре Пешта бесплатно раздавали питьевую воду всем желающим. Рано утром на Деак тер приезжали машины, разгружали диспенсеры, беспрерывно заливали воду в пластиковые бутыли. С грустью подумалось: а в Иркутске-то тоже под сорок, и воды у нас не меньше, только вот бесплатно ее не раздают... Питьевая вода, кстати, по словам гида, в Будапеште чистая, из артезианских источников, можно пить даже водопроводную без всяких опасений (а вот в «голубом Дунае» даже купаться запрещено — это буквально сточная канава Европы).

Потом нас везут по самому старому и самому красивому мосту – Цепному, который, как и многое в Будапеште, построен графом Иштваном Сечени. Позади, в Пеште, небольшая площадь Рузвельта, на которой в элегантном дворце Грэшем находится отель категории «люкс» Four Seasons (двумя днями раньше именно здесь проживали «Роллинг Стоунз», давшие единственный концерт в Будапеште); на ней же здание Венгерской Академии наук. Впереди, в Буде, площадь Адама Кларка (названа в честь шотландского мостостроителя), тоннель, пробитый в Замковом холме, слева от него фуникулер, на котором за 700 Ft с человека можно подняться на холм к Королевскому дворцу. Фуникулер построен в 19-м веке, спуск его происходит под собственной тяжестью пассажиров в двух небольших кабинах. Отсюда открывается, кстати, прелестный вид на Пешт.

2-й путтонь. излучина дуная

Экскурсия в живописную излучину Дуная. Выезжаем из Будапешта через Обуду, фотографируем из окна автобуса завод Suzuki, впечатление при этом странное: как будто здесь находится просто автостоянка.

Сначала — в Эстергом, который расположен в 64 км от Будапешта; здесь находится самый большой храм Венгрии, позади него со смотровой площадки открывается замечательный вид на Дунай и мост, соединяющий Венгрию со Словакией. Кстати, ни один храм Венгрии не был закрыт в советское время, всегда верующие могли их посещать. Из-за наплыва туристов в соборе Эстергома отгорожена комната для молящихся, чтобы туристы им не мешали.

Далее следуем в Вишеград, где в XIV веке династией Анжу, сменившей на венгерском троне Арпадов, был построен Королевский дворец; смотрим экспозицию восковых фигур, поднимаемся на Цитадель. И наконец, последний городок – Сентэндре, основанный когда-то сербами, бежавшими сюда от турок, а затем облюбованный художниками и ремесленниками. Здесь запланировано посещение оригинального Музея марципана: марципан – это пластичная смесь сахара и миндаля, из которой можно вылепить различные фигурки. Чего тут только нет!

Затем едва ли не самый приятный для большинства туристов момент: вначале дегустация 7 сортов вина в винном музее-погребе, покупка понравившегося вина и его упаковка, а затем обед. После изнуряющего зноя на улице подвал кажется ледяным, мы наслаждаемся холодом и дегустируем вино, в числе которых и Бычья Кровь, и Токайское Асу, и Токайское Ледяное (особенно мне понравившееся) – для Ледяного берут только виноград, собранный уже после заморозков; сомелье c грустью говорит, что климат изменился, и в 2006/2007 году не было хороших морозов в ноябре-декабре, так что и Ледяного не было изготовлено. Мой Кот стоит в самом конце длинной шеренги дегустаторов, сомелье неодобрительно говорит ему, получив очередной отказ попробовать вино: «Так мало пить не полезно!». Покупаем вино и идем обедать. Со всеми этими дегустациями-обедами теряем время и к тому же не можем сделать фото, то ли фотоаппарат перегрелся на таком зное, то ли аккумулятор просто не рассчитан на 2 Гб флэшки. А жаль. Сентэндре нам понравился, хотелось бы походить по нему спокойно часа два. От Будапешта всего 20 км.

Транспорт и непристойная зависть

О правилах дорожного движения и транспорте в Венгрии сужу с точки зрения пешехода, для которого единственная «опасность» здесь заключалась в велосипедистах. Со слов нашего гида Луизы, пешеходу, угодившему в ДТП с участием велосипедиста, априори нужно рассчитывать на «очень большой штраф, очень...». Велосипедные дорожки обозначены желтой разметкой, съезды близ светофоров с проезжей части дороги на пешеходную зону зачастую огорожены металлическими столбиками, но кое-где разметки не было, и напуганные перспективой разбирательства в случае чего (в чужой стране и без языка!), мы шарахались от двухколесного транспорта, прижимаясь к краю тротуаров и беспрестанно оглядываясь. Проезжающие то и дело многочисленные велосипедисты дружно благодарили: «Кёсёном!» («Спасибо»). Становилось приятно на душе...

В Будапеште привыкаешь не суетиться, переходя дорогу, и не всматриваться напряженно в водителя, пытаясь предугадать – пропустит он тебя или нет даже на зеленый сигнал светофора. При этом полицейских-«гаишников» видели только один раз, когда шли пешком с Цепного моста из Буды — на площади Рузвельта стояли двое, улыбались. А зачем стояли – Бог весть. Мы чинно перешли площадь по пешеходному переходу.

Аварий не видели. По маркам: много Сузуки (близ Будапешта есть завод по производству Suzuki), минивэнов-универсалов, как показалось, мало, а вот маленьких машинок много. Разумеется, с левым рулем. Volkswagen много, Renault; иногда, как родную, встречали Toyota. Промелькивают родные «Жигули», кое-где встречаются «Трабанты». «Длинные» светофоры. Разделители-газоны посередине улиц. Люков на дорогах — не видела. Бордюры как бордюры. Даже на окраине страны нет ощущения, что едешь по сельской местности (вроде бы, жителей обязывают следить за чистотой обочин). Городок, а не деревня. Чисто, прямые улицы, асфальт, цветы, газоны.

Все чинно-благородно. Это, в общем, неудивительно, все-таки Европа, хоть и бывшая соц. страна. Удивило другое: не постигаю, каким образом удалось так организовать движение в двухмиллионном городе, чтобы даже в часы пик, при том, что с июня по август реконструировалась красная линия метро и были закрыты несколько ее станций (для пассажиров на этом участке, между прочим, пустили дополнительные рейсы автобусов и троллейбусов, билеты на которые были действительны при пересадке с метро в течение 35-45 минут), ремонтируется один из мостов (и тоже не в отдаленной части города, а самый что ни на есть центральный – мост Эржебет) – не было пробок и толкучки в общественном транспорте? Общественный транспорт в Будапеште, да и вообще в Венгрии, это отдельная песня, хвалебная и полная непристойной зависти. Работает он с 4.30 до 23 ч. – венгры ранние пташки, рабочий день зачастую начинается с 7-8 часов и заканчивается в 15-16 ч., так что час пик сдвинут относительно нашего. По вечерам улицы пустеют, по ним бродят в основном туристы. А венгры рано ложатся спать – им рано на работу. (Так что ночная жизнь Будапешта не слишком оживленная. Да и нас она не интересовала, потому сказать о ней ничего определенного не могу.)

Нам так и не удалось увидеть воочию ни вывороченный наружу грунт, ни грязь вблизи строительства метро – слишком уж незаметно для нас велась эта самая реконструкция, только однажды Луиза указала: а вот тут строится метро (мы завертели головами, но так ничего и не увидали из автобуса); и вот еще асфальт могут менять, в Будапеште каждые 10 лет обязательно заменяют дорожное покрытие. Извините, дескать, у нас поэтому могут быть пробки. После этих слов всплыла в памяти картинка: пыльный, раздраженный Иркутск, задыхающийся в июльскую жару в бесконечных пробках – строится подземный переход на Байкальской, ремонтируют дороги... Эх.

О метро нужно сказать особо. Линий всего три, и пересекаются они только на одной пересадочной станции — Деак тер. Линии М2 (красная) и М3 (синяя) построены с помощью советских метростроевцев. Желтая (и самая милая) линия метро М1 – самая старая на континенте и вторая в мире (после Лондона), проложена открытым способом под бульваром Андраши также к 1000-летию Венгрии: на протяжении всего бульвара вырыли траншею, по дну ее проложили рельсы и засыпали землей. Вход в это метро напоминает подземный переход, который так сразу и не заметишь: Андраши разделена на четыре полосы движения, на крайних рядом с тротуарами припаркованы автомобили, собственно проезжая часть отделена газонами от пешеходной зоны, и вот в этой зоне с обеих сторон дороги и находятся входы на желтую линию метро, ограждения которых выкрашены в желтый цвет, на табличке над входом написано Foldalatti и название станции. Спускаешься по недлинной лестнице – и ты уже на полутемной станции. Поезд состоит из трех коротких вагончиков, диванчики в них располагаются, как в автобусе, поперек, а не вдоль вагона, и обиты мягкой ворсовой тканью. Как ни странно, толкучки не было ни разу, все вмещаются, хотя сидячих мест всего 16. На стене возле выхода висит табличка с названием станции, перрон маленький, как раз по длине 3 вагончиков. Если нужно ехать в другую сторону, придется выйти наружу и войти в метро с другой стороны улицы. Желтая линия самая приятная, поезд идет без лязга и грохота, остановки объявляют, предваряя музыкальными фразами.

Контролеров, которыми нас пугали гиды, мы встретили только в предпоследний день перед отъездом. На конечной желтой линии – Вёрёшмарти тер перед выходом на поверхность стояли шеренгой несколько супервежливых людей с повязками на рукавах. Это и были пресловутые «свирепствующие» контролеры, довольно равнодушно и быстро пропустившие нас с нашими недельными проездными (очень удобно, кстати — они действительны на все виды транспорта в черте города, включая электричку HEV).

В другом транспорте у нас ни разу билетов не проверяли. Автобус, в общем-то, ничем не примечателен — большой и удобный; а вот о трамвае следует рассказать. Начать с того, что есть супердлинные трамваи – их длина 55 м! Двери открываются с обеих сторон вагона, слева и справа, по необходимости; причем пассажир заранее, до остановки должен нажать кнопку на поручне возле двери с той стороны, где будет выход. Для входа в трамвай нужно нажать кнопку с внешней стороны двери. Внутри вагонов под потолком есть электронное яркое табло с названием остановки. Вагоны идут мягко, не грохочут; входить и выходить из них очень удобно — пол трамвая почти вровень с платформой остановки. И все бы замечательно, если бы в трамвае работал кондиционер! Луиза ядовито заметила, что трамваи купили б/у и сэкономили на установке кондиционеров. В летний зной без кондишн было, конечно, тяжеловато.

Безъязыкая, тщетно взываю...

Я иногда верю тому, что пишут в интернете... А писали там, что венгры якобы чуть ли не поголовно знают немецкий. То ли нас учили не тому немецкому, то ли венгры нам попадались все не те. Только вспомнила я золотые слова Главного – друзья, учите английский... Потому что на мое «энтшульдиген зи битте...» следовало: «Ду ю cпик инглиш?». Впрочем, любезные мадьяры, поняв, что перед ними явно не инглиш, охотно все объясняли на пальцах.

Венгерский же очень труден для изучения, вначале на слух вообще не воспринимаешь названия улиц, остановок и проч. Правда, в конце нашего пребывания в Будапеште мы уже вполне уверенно ориентировались в городе, вовремя реагируя на названия остановок; мы даже здоровались: утром — «Йо реггельт!», днем — «Йо напот, киванок», вечером — «Йо эштит»; благодарили: «Кёсёном»; просили: «Кэрем». Ударение всегда ставится на первый слог. Вот только насчет «напот» сомневалась я. Где-то вроде бы читала, что ударение в этом слове надо ставить необычно. Или, наоборот, если с неверным ударением, то могут и обругать – ругательство произнесешь. Так что «напот» я старалась проглатывать...

А заблудились мы только один раз, наступив на те самые грабли, о которых нас предупреждали: улица называется utca, а проспект ut, кольцо – korut, площадь — ter, мост — hid. Причем улица и проспект могут называться одинаково, а находиться в разных концах города. Вот торговая улочка, на которой находятся сувенирные магазинчики, называется Vaci utca, а проспект Ваци — Vaci ut. Мельком посмотрев на карту города, купленную нами в метро, надписи на которой были, естественно, на венгерском, мы однажды решили, что двигаться надо к Vaci ut. А шли мы пешком с моста Арпад (Arpad hid). Кто понимает – мы вышли в середине огромного проспекта, ничем не напоминавшего пешеходную сувенирную улочку, и шли по палящему солнцу к концу проспекта. Между тем, проспект Ваци на улицу Ваци не выходил...

Из-за языкового барьера ужинать мы ходили в один и тот же небольшой ресторан «Паприка», который нам посоветовали в московской турфирме при получении документов. Меню там было на русском, некоторые официантки знали несколько русских слов, и находился ресторан, что немаловажно, недалеко от нашего отеля, на проспекте Дожа Дьёрдьи, можно было дойти пешком. Предупредили нас также, что порции громадные и надо заказывать «маленькие» порции, размеры которых тем не менее изумляют. Приносят тебе огромное блюдо, на котором буквально гора еды с замечательным вкусом и названием – ну, например, гуляш из дикого кабана в карамельно-коньячном соусе с картофельными крокетами или вот гуляш из дикой оленины в каком-то там опять-таки соусе, или шомлойскую галушку – громадные куски бисквита, политого шоколадом и украшенного взбитыми сливками... М-м-м, нет, не буду вспоминать, не буду вспоминать... А вот еще халасле – знаменитая густющая уха томатно-огненного цвета, которая подается в котелочке; ну невозможно же все это съесть, в самом деле-то! И оставить совершенно невозможно... Натурально, съедаешь все это. А потом приходишь в изумление от счета. Потому что внутренне ты уже готов заплатить за весь этот пир плоти (и духа — уж больно соблазнительно все выглядит) запредельные суммы. Но в счете стоит обычно 4-5 тыс. Ft на двоих, и мы радостно добавляем 10% чаевых официантам.

(Кстати сказать, и персонал в гостинице, и официантки держатся и принимают чаевые с достоинством, кроме того, никакого высокомерия или недоброжелательности с их стороны мы не заметили. Венгры вообще произвели впечатление сдержанных, доброжелательных людей, всегда готовых прийти на помощь; продавцы не навязчивы, не подозрительны. Трелей мобильных на улице и в помещениях практически не слышно, разговаривают в общественных местах вполголоса, дети не кричат и не безобразничают.)

Интересно, что при таких огромных и недорогих порциях, при таком, казалось бы, не слишком здоровом питании (готовится же на сале все!), обилии алкоголя (не только вина, но и палинки – лучшая из которых абрикосовая Barack; знаменитой настойки «Уникум» на 42 травах с совершенно замечательным, неповторимым вкусом и ароматом) и удивительном практическом отсутствии в рационе свежих овощей и фруктов (и это в аграрной стране!), мы не встречали тучных людей с нездоровым цветом лица и прочими симптомами несварения желудка. Венгры явно не заморачиваются по поводу здорового питания, а результат между тем налицо.

Возвращаясь из «Паприки» в отель, мы обычно проходили близ Хёсёк тер; однажды обнаружив позади выставочного зала Мючарнок странное сооружение – плоский диск метров 8 в высоту, подсвеченный, как все в Будапеште мало-мальски значимое. Подойдя поближе, увидали в стеклянной части диска микроскопическую струйку песка – это были песочные часы, установленные в 2004 г., когда Венгрия вступила в ЕС. 4,5 кубометра песка перетекают в них за один год, а в новогоднюю ночь часы переворачивают. Жаль, что не удалось сделать фото – мы так и не научились делать ночную съемку, а днем часы не так эффектны.

Ночная съемка не удалась и на прогулке по вечернему Будапешту – а зрелище было незабываемое. Сначала на огромном автобусе нас повезли в Буду, на гору Геллерт, откуда со смотровой площадки открывается великолепная панорама переливающегося огнями Пешта. Луиза несколько раз повторяла нам, что Будапешт обязательно нужно смотреть вечером, тогда исчезают недочеты, изъяны и ошибки, тогда город видится прекрасным, совершенным. Он сильно пострадал во время Второй мировой войны, только 65 процентов зданий остались невредимыми, остальные пришлось восстанавливать. Но неискушенному глазу новодел не заметен, все воспринимается гармоничным.

На вершине холма Геллерт по вечерам столпотворение: люди, машины, огромные туристические автобусы — непостижимо, как ухитряется наш развеселый водитель Петер так быстро, с шуточками-прибауточками, со взрывами хохота, не задев никого и ничего на узких улочках холмистой Буды, промчаться до Цепного моста и далее в Пешт. Окончание экскурсии – на теплоходе, при входе на который всем вручают по бокалу шампанского. Теперь с Дуная, снизу, мы снова видим вечерний Будапешт, проплываем под мостами, любуемся освещенными достопримечательностями; на теплоходе звучит венский вальс, теплый ветерок с воды – и романтическая прогулка вдруг, как ни странно, повергает меня в глубокую тоску. Внезапно так ясно ощущаю себя чужой на этом празднике жизни...

Когда шли к причалу от автобуса в Пеште, обратили внимание, как интересно организовано движение на набережной: нужно было спуститься по лестнице с верхнего, пешеходного, уровня на нижний, где проходит автотрасса. Набережная Буды, по крайней мере, на протяжении от Маргитсигет до Цепного моста, организована так же. Очень удобно и безопасно: наверху проходят трамвайные пути с металлическим ограждением, есть пешеходная и велосипедная дорожки, и мало машин. Основной же поток транспорта движется внизу.

Обратили внимание, что у тротуаров повсюду стоят автомобили, сужая и без того не слишком широкие проезды; спросить уже было не у кого, каким образом они тут паркуются. Платную подземную парковку увидали только одну, на родной Бензур утца.

Бензин в Венгрии, как и везде в Европе, дорог; дешевле, да и быстрее ездить общественным транспортом — автобусы, например, пользуются правом преимущественного проезда и не стоят поэтому в пробках (хотя мифических пробок мы так и не увидели). По словам той же Луизы, из-за дороговизны бензина и не слишком высокого уровня благосостояния населения пустуют дома и дачи на берегу Балатона, зачастую их хозяева не приезжают отдыхать на них ни разу за лето. Ведь тоже бывшая соц. страна (хотя венгры шутили: самый веселый барак при социализме был венгерский)...

Захотели съездить на Балатон, оплатив дополнительную экскурсию уже в Будапеште. Сначала мы ненадолго заехали в Секешфехервар, именовавшийся когда-то Альба Регия (Белый город) — он был избран Иштваном I в качестве личной резиденции и стал городом традиционной коронации венгерских королей. В пригороде Секешфехервара осмотрели замок Вечной Любви (Боривар), который построил для своей любимой супруги архитектор Бори. Забавно...

На автобанах (они ведут из Будапешта в Вену, Хорватию, Белград и на Балатон) ограничена скорость движения: легковые автомобили могут двигаться со скоростью 130 км/час, автобусы – 80 км/ч. Автобаны платные – 7-й (ведущий в Адриатику), 1-й и 5-й. Шесть полос движения (три полосы туда, три полосы обратно) разделены повдоль, качество покрытия здесь всегда было хорошим, но при социализме автобаны были бесплатными; в советское время на заправках были надписи: «Ваши деньги идут на строительство автобанов». Луиза попутно заметила, что очень строго проверяют, как водитель туристического автобуса соблюдает требования безопасности: нельзя находиться за рулем более 12 часов подряд, каждые 4 часа должен быть отдых, а на 3-й день движения нужно отдыхать 16 ч. Каждый водитель имеет специальное устройство – тахограф, это круглая карточка с чипом, а над автобанами установлены камеры, считывающие с него информацию. Если водитель нарушил режим работы, то должны заплатить штраф в 2000 евро каждый из 3 субъектов: водитель, транспортная компания и турфирма. Так что за безопасность нам беспокоиться не пришлось. Да и водители действительно были классные — невозмутимые и сдержанные, иногда веселые и жизнерадостные, они сильно напоминали мне незабвенного венгра из к/ф «Отпуск за свой счет», любимчика всех советских женщин застойного периода.

Мелководный большей частью и хорошо прогреваемый Балатон хорошо подходит для семейного отдыха; добраться сюда можно легко и быстро. На Балатоне запрещены моторные виды водного транспорта, за чистотой воды осуществляется постоянный контроль. Экскурсия на Балатон показала нам, где бы хотелось отдохнуть в следующий раз, если такой случай представится: в Балатонфюреде или Тихани на северном берегу Балатона, но никак не в Шиофоке на юге. Шиофок – для молодых, шумных и энергичных, любящих проводить дни, поджариваясь на пляже, занимаясь водными видами спорта, а ночами зажигать на дискотеках, в ночных клубах. Гостиниц тут масса, стоят они тесно друг к другу; много частных пансионов; пляжи, в основном, при гостиницах, есть городской платный пляж. Здесь шумно, многолюдно и весело. В Шиофоке мы останавливались на час, пока размещали в гостинице туристов, у которых были путевки на Балатон. Веселый народ из нашей группы, проживавший в будайской гостинице «Реге» и спевшийся на почве отдаленного размещения, переоделся прямо на пляже и полез в воду. Нас с мужем вид хоть и действительно бирюзовой, но мутной и даже на вид теплой воды не вдохновил, и мы предпочли купанию питье колы за столиком тут же на пляже.

Последний путтонь

Вечер перед отъездом самый сладкий. Мы идем на Вёрёшмарти тер в знаменитую кондитерскую XIX века: Жербо (Gerbeaud). Внутри элегантной кондитерской — витрины с аппетитными кусочками торта, прямо-таки произведениями искусства; конфеты в фирменных деревянных коробочках Жербо. Выбираем столик на улице — вскоре приносят металлические чайнички с зеленым чаем, холодную воду в рюмочках, тортик Захер, «Жербо-торта» и Жербо-крем, фирменные салфеточки с тиснением Gerbeaud...

Вспоминаем, как посетили базилику св. Иштвана, которая находится здесь недалеко. Она напоминает Исаакий, только подъем наверх можно сделать на лифте, а потом пешком по лестнице. Со страхом приблизиться к краю взираем на панораму Пешта — черепичные и майоликовые крыши, плотная застройка; уже узнаем издали некоторые строения. Спускаемся и входим внутрь базилики — а там концерт духовного пения, белые розы и белые ленты на скамейках. В алтаре этого собора находятся мощи Св. Иштвана – его десница. Отдыхаем на деревянной скамейке, на которой лежат небольшие подушечки, осматриваемся: отличие убранства католического храма – скульптуры святых, а не иконы, украшения архитектурные, а не живописные, мрамор, золочение. Грандиозно и торжественно, при этом собор напоминает более светское учреждение. Исповедальни темного дерева. Везде можно ходить, даже подняться в притворе наверх в музей, где какие-то подростки собрались, как мы поняли, на занятия.

Обсуждаем недавнее посещение купален Сечени. Пошли туда часов в пять вечера, на улице было впервые более-менее прохладно, ветрено, на небе собирались грозовые тучи. Бани делятся на лечебное отделение — вход в которые со стороны парка Варошлигет, а в общее отделение вход напротив цирка. Система оплаты такова: заплатить нужно 2400 Ft с человека, а если пробудешь в купальнях менее 3 часов, то при выходе в другой кассе вернут сдачу. (Меня даже догоняли, чтобы отдать сдачу – 200 Ft.) А в раздевалке я лишилась часов — единственного, что было у меня с собой из ценных вещей.

Думаю, что в Сечени очень приятно бывать в прохладное время года. Здесь есть сауны с разными температурами (в подвале очень горячие), череда бассейнов с разной температурой, наиболее комфортна для нас была 28°С. Множество душевых кабинок. Три открытых бассейна, один из которых – плавательный, туда без шапочек не пускают; второй (t около 30°С) с джакузи и круговой волной в центре бассейна; третий же (38°С) показался мне очень горячим, но люди стоят, мокнут. Я только вошла по горло в горячую воду, как взмолилась вывести меня оттуда, муж за руку вывел меня, и мы пошли в бассейны внутрь. Масштаб открытых бассейнов после Палатинуса не впечатляет, но несомненно, что здесь историческое место, и к тому же больше разных температур и сопутствующих услуг. Вообще, прелесть в своем роде, но фотографировать здесь нельзя.

В последний день мы много бродим по Пешту. Случается забавное происшествие в милом метро: бомжеватого вида немолодой мужчина, сильно напоминающий мне одного из мимов-Лицедеев, войдя в вагон, немедленно разувается и кладет босые грязные ноги на соседний диванчик. Поймав мой удивленный взгляд, он разражается пламенной речью, смысла которой мы, естественно, не понимаем, а потом... смачно плюет на пол рядом с нами. Это до того неожиданно и дико, что мы с мужем просто смотрим друг на друга, едва удерживаясь от смеха. Бомжик выходит на той же остановке, что и мы, и долго тащится позади нас, выкрикивая, вероятно, ругательства, не исключено, что и по поводу 1956-го года. Происшествие кажется нам символичным. Пора уезжать.

Мой первый и единственный

Мы так много не успели за неделю: не были в лабиринте Будайской крепости, Парламенте, Тропикариуме, в Музеях на Хёсек тер, Королевского Дворца, замка Вайдахуняд; не посмотрели Центральный рынок; не попробовали пирожных в кондитерской Рузвурм и Нью-Йорк; не плескались в аристократических купальнях Геллерт; не прошли по мосту Эржебет и Сабадшаг...

Но уезжали почему-то без печали. А сейчас, через полгода после поездки, глядя на фотографии, я все чаще думаю: Будапешт — это не любовь с первого взгляда.

Для него я просто гостья на час — конечно, он не запомнил меня. Для меня он первый и единственный — конечно, я его не забуду. Кажется, Будапешт стал моей страстью, и я хочу снова отведать венгерского. Урожая 2008.

Марина Хабадаева

Автомаркет+Спорт № 07/2008

Поделиться ссылкой

Автофирмы Иркутска







Весь каталог